Специально сказал это Мене, а не кузнецу, как будто он просто гость, а не невольник.
Она кивнула как ни в чем не бывало:
— Конечно, Кай, на здоровье.
Лиолина разыскала Ардая чуть погодя, внизу, у ручья неподалеку от кузни, он набирал себе воды в бутыль. Подошла, виновато коснулась его локтя.
— Ты не сердись, хорошо? Мы… я не хотела ничего плохого. Это была злая шутка, но шутка, Кай!
— Да ничего страшного, — отозвался Ардай. — И ты не сердись. Знал бы я, что ты там была, не рассказывал бы. Да ты и не виновата вовсе.
— То есть как? — Лиолина отступила на шаг, и чуть не оступилась у самого ручья, он ее придержал.
— Ну, так… Я же слышал вас. Это были проделки дракона, не твои, — объяснил Ардай. — Он тебя не совсем слушался.
— Ты все слышал. Надо же. Мы ведь и подумать не могли, что такое возможно. Я помню, ты сказал, что оседлаешь эту ящерицу! — Лиолина улыбнулась. — Мы тогда чуть не свалились вниз. От потрясения. Мы подумали и решили, что это был наездник из наших, отсюда, из Содды. Оседлать ящерицу, надо же!
Ардай засмеялся, ясно вспомнив ту сцену: ночное небо, девчонку на драконе неподалеку, и свои дерзкие слова, которые остались без ответа.
— Мы сами виноваты, — сказала Лиолина. — Теперь дядя узнает, будет расспрашивать. Он заинтересуется. Спросит — расскажи ему все, как было.
— А надо? — удивился Ардай. — Может, не стоит больше никому об этом рассказывать, особенно твоему дяде?
Девушка покачала головой.
— Мой дядя — князь Дьян. И ему будет важно узнать, как ты… ну, заткнул нас за пояс с этой нашей шуткой. Ты это понимаешь?
— Заткнул за пояс? Хм. Да у меня душа ушла в пятки, если хочешь знать.
— Да. Это было необычно, — решительно повторила Лиолина. — Ты необычный парень, дровосек Кай Ир. Ты не дал дракону обратить в бегство твоего руха в ночном небе, а ведь нам и в голову не приходило раньше, что такое возможно. Ты спас меня от мага, а потом ты пришел биться с драконом. Еще ты — говорящий и повелевающий. Дяде будет очень важно узнать о тебе все это, а что касается нас… Он отходчив и не будет долго сердиться за шалости. Только вот что… — кажется, она смутилась.
— Что?
— Всего этого недостаточно для того, чтобы он стал тебе доверять. Не обижайся. Наберись терпения. Пройдет время, и ты получишь и свободу, и его доверие.
— Свободу? — уточнил Ардай, коснувшись ошейника.
— Да, свободу… чтобы стать своим среди нас, — быстро поправилась Лиолина. — Только так, Кай. Пойми, для тебя теперь возможна только такая свобода. Вернуться к прежней жизни ты больше не сможешь никогда.
— Почему?
Не то чтобы Ардай не догадывался, каков будет ответ. Но пусть она ответит.
Лиолина сказала:
— Потому что идя на бой с драконом, можно или победить, или погибнуть… для прежней жизни, для своих близких. Пути назад нет, это закон, который у нас не нарушают никогда. Но тебе проще, у тебя ведь нет близких, нет семьи? И ты почти наш по крови! Здесь замечательно. Ты полюбишь Содду, когда узнаешь ее ближе. Только наберись терпения.
— Лиолина, ты где? Лиолина! — позвала Мена откуда-то сверху.
— Спасибо, я тебя понял, — сказал Ардай. — Тебя зовут?
— Да, Кай. Мне пора, увидимся! — и она легко взбежала по крутой тропинке наверх, в кузнецов двор.
Чуть позже Ардай невольно услышал, чем это все закончилось для Криса.
— Шалим, значит, да? По ночам? Резвимся, да? Бедокурим? Делать нам нечего, да? — не говорил, а рычал кузнец. — Княжну, значит, на шалости подбиваем? А случись что, перед князем как оправдываться будем, а? Вот остолоп на мою голову!
— Да ничего бы не было, отец, сам ведь знаешь, — вяло отбивался Крис.