У двери он встретил Махала.
Махал потерял свою собственность и был весь в поту. Он увидел конверт в руке пожилого мужчины.
— Старый козел! — крикнул он, на этот раз по-английски. — Где ты это взял?
— Это выпало из вашего кармана в лифте, — прозвучал дрожащий голос в ответ.
И это была правда.
Махал выхватил конверт. Не сказав ни слова благодарности, он вышел на улицу.
К обочине подъехало такси. Махал сел в него и назвал адрес своей комнаты для сеансов в верхней части города.
У водителя такси были некоторые примечательные особенности. Его руки были почти неземного размера. Каждая из них состояла из чуть менее галлона костей и хрящей. Лицо водителя было длинным и выражало глубокую печаль, как будто он ехал на похороны. Парень сгорбился на сиденье, возможно, чтобы скрыть тот факт, что он был гигантом, весившим целых двести пятьдесят фунтов.
Если бы Махал был более внимателен, он мог бы заметить, что у такси был двигатель необычной мощности и плавности хода.
Однако Махал был в плохом настроении. Он курил ароматизированную сигарету, которую небрежно бросил, еще горящей, на сиденье такси, когда они доехали до указанного им адреса.
Махал вошел в здание, где находилась его комната для сеансов. Он не оглянулся. Если бы он оглянулся, то вряд ли заметил бы, как таксист с огромными кулаками развернул свою машину за углом, припарковался, потушил брошенную Махалом сигарету и незаметно выскользнул из-за руля.
Человек с огромными кулаками очень старался, чтобы Махал не заметил его действий.
На тротуаре рядом был металлический люк. Он предназначался для доставки грузов в подвал здания, в котором находилось заведение Махала. Открыв люк, крупный мужчина с огромными кулаками спустился в подвал.
Судя по всему, он бывал там не раз. Он подошел к столу, на котором стояло много сложных на вид приборов, и надел на уши телефонную гарнитуру.
Комнаты для сеансов Махала находились на третьем этаже, куда вела мрачная скрипучая лестница. Можно было ожидать, что в любой момент услышишь, как бегают крысы.
Учреждение мистика состояло из двух комнат. Одна — приемная, где клиенты ждали Махала, — имела окна. Внутренняя комната, где Махал проводил свои мистические ритуалы и вымогал несколько долларов у доверчивых клиентов, если это было человечески возможно, была вечно темной.
Профессия Махала не процветала при свете.
Святилище обмана было украшено впечатляющими гобеленами, которые при дневном свете выглядели бы по-настоящему дешево. Там были подушки, занавески, приподнятая трибуна — и неизбежный хрустальный шар, сверкавший в лучах крошечного скрытого света.
Когда Махал вошел, его встретили резким голосом.
— Не включай свет, мой изворотливый друг!
Рык донесся из-за трибуны. Даже после того, как глаза Махала привыкли к пропитанной ладаном мрачности, говорящий оставался совершенно невидимым. Он был за занавеской — и голос был явно замаскированным.
Махал знал, кто говорил — знал его только по имени. Он никогда не видел лица этого человека. Все его контакты с ним происходили по телефону или во время бесед, во время которых другой оставался вне поля зрения.
Мышиный, писклявый голос невидимого собеседника был настолько хорошо замаскирован, что Махал даже не был уверен, мужчина это или женщина.
Таинственный собеседник называл себя Строамом.
— Вы излишне осторожны, Строам, — заметил Махал.
— Возможно, — пискнул Строам в знак согласия. — Но лучше мне оставаться полностью в тени. Какую информацию о Доке Сэвидже ты добыл для меня сегодня, мой друг?
Махал, казалось, был хорошо осведомлен о тайнах этого загадочного человека, лица которого он никогда не видел. В некоторой степени он знал, о чем идет речь. Но он хотел узнать больше.
— Вы думаете, что Бен Лейн может быть здесь, в Нью-Йорке, и охотится за вами? — спросил он, вместо того чтобы ответить на вопрос Строама.
— Бен Лейн находится в канадской глуши, — ответил скрытый человек. Его писк звучал нетерпеливо.
— Тогда почему бояться его?