— А поговорить не пробовал?
Он собирался ответить, но застыл с открытым ртом. Снова нахмурился.
— Понятно, не пробовал.
— Она сама не хочет. — отведя взгляд, пробурчал он.
Я собиралась ответить, но зазвонил его телефон.
— Мне пора. — он встал и, чмокнув меня в лоб, поспешно ушел, в коридоре приняв вызов. — Скоро буду.
Я не спеша доела завтрак, прибралась, положила Виски еще одну порцию вкусностей и заказала мобиль до академии. Брат сразу предупредил, что сегодня подвезти не сможет, потому что нужно на работу.
Пока ехала, ответила на некоторые комментарии к книге, поблагодарив своих читателей, а так же прочла несколько совсем неприятных отзывов, и хотя я уже привыкла к тому, что есть люди, которым не нравится мое творчество, их яд все еще отравлял.
Прибыв в академию, я сначала зашла за кофе в кафетерий. Коридоры уже успели украсить ко дню Летнего Солнцестояния. Для всех это любимый выходной, который длится почти неделю. В честь этого праздника в академиях столицы, да и в других учебных заведениях, пройдут балы, которые были редкостью, а потому студенты так радовались приближающемуся празднику.
Стефан был в нашем общем кабинете, когда я пришла.
— Доброе утро, Стефан.
— Доброе утро, Стелла.
Два месяца назад он предлагал мне отдельный, но я отказалась, ведь нам и так было удобно работать. Мы так хорошо сработались, что стали сближаться не только в рабочих вопросах. Медленно развилась дружба. Последние месяцы были самыми насыщенными, и плохого в них почти не было.
Не считая рабочих встреч с Малеком. Это было ужасно тяжело… Каждый раз я словно возвращалась в прошлом и заново испытывала все то, через что он заставил меня пройти. И легче совсем не становилось. Потом я кое-как научилась закрываться от этих чувств и по сей день ношу эту броню.
Недавно я осознала, что очень скучаю по Малеку. По нам… Мне не хватало его смеха, его улыбок, его шуток, его близости — обычных объятий и разговоров. Мне не хватало того, как я чувствовала себя, когда мы были вместе. И это не только заново вскрывало старые раны, но и отвлекало меня от работы.
Чувства к Малеку, как я думала, не исчезли полностью. Я жила без него все это время, и оно лечило, правда лечило, только его оказалось мало. Мое сердце снова болело, и теперь я знала, была просто уверена, что его не исцелит даже время. Я буду любить Малека до самой смерти. И не чистой и светлой любовью, а израненной извращенной смешанной с ненавистью любовью, которая лишь травит.
— Как у тебя дела?
— Хорошо, твой совет помог, и я вчера написала просто огромную главу. Правда сон пришлось урезать.
Он отложил бумаги и снял очки.
— Кажется, я просил тебя больше отдыхать.
— Я отдохну. После бала выходные, съезжу с братом на Горячие источники.
— Я тоже собираюсь свозить туда племянницу.
Я лишь недавно узнала, что Луиза — та самая племянница, и каким же было мое удивление, просто не передать словами. Мир был тесен, хотя его размеры будоражили.
— Как она? — я достала нужные бумаги из сумки и села за стол. — Выздоровела?
— Да, почти, но сыпь так и не сошла.
Драконий грипп — та еще зараза. В детском возрасте он переносится легко, потому что иммунитет куда сильнее, а вот во взрослом, когда дракон созрел, с этим сложнее.
— Удивляюсь, как сам не подхватил.
У него зазвонило устройство, и я заметила, как быстро изменилось выражение его лица. Стефан встал со своего места, и я надела очки и перевела все внимание на проверку плана на сегодняшние занятия. Перед тем, как закрыть дверь кабинета, услышала, как он отвечает на звонок:
— Здравствуй, Цирина.
О том, кто эта самая Цирина, думала не долго, потому что написал Малек и сказал, что в главе, которую я ему отдала на редактирование, нужно исправить кое-как моменты. Пока у меня было время, этим я и занялась.