— Связаться с нами можно по телефону, все номера в ваших апартаментах, — завершил свою тираду портье. — Добро пожаловать в «Уральскую Корону»!
Не успел я поблагодарить услужливого сотрудника, как из боковой двери вышла горничная в красивой, но строгой униформе. Фирменный пиджак, юбка до колен, уже знакомый логотип на груди.
— Сударь, сударыня, — улыбнулась девушка. — Я вас провожу.
Вторая девушка, которую я сразу не заметил, сунула нам в руки по кружке горячего шоколада. Джан с наслаждением испробовала напиток. Я, в соответствии с въевшимися в кровь привычками, поставил кружку на стол. Если уж и пить горячие напитки, то в случайных местах, где тебя не знают. И с гарантией ничего не подмешают.
Перчатки я тоже снимать не спешил.
Девушка проводила нас к старинному лифту с чугунными решётками и деревянными панелями внутри. Всё в этой гостинице было сделано «под старину», дышало респектабельностью и дворянским духом. Насколько я помню, тут есть и додзё, а также общие комнаты отдыха с бильярдом, карточными и шахматными столами.
Главная же фишка «Короны» заключается в том, что здесь сдают номера только представителям благородного сословия. Дворянам. Ни финансисты, ни купцы высших гильдий, ни банкиры или промышленники сюда не вхожи, если у них нет титула. Когда Никанор бронировал номера, то ему пришлось подождать, пока администрация сверится с общегосударственными реестрами и убедится, что фамилии Курт и Иванов действительно что-то из себя представляют.
Лифт поднял нашу компанию на второй этаж.
Забавно.
Широкий коридор, глохнущие в ковре звуки шагов. Картины в позолоченных рамах — преимущественно виды Уральских гор. Живописные места в разное время года.
— Работы местных художников, — горничная перехватила мой взгляд. — Подлинники.
Я не стал углубляться в тонкости уральской живописи.
Мы остановились напротив дверей с номерами «24» и «25». От показа апартаментов отказались. Горничная вставила ключи в замочные скважины, очаровательно улыбнулась и заверила, что всегда к нашим услугам.
Джан, открывая дверь своего номера, поинтересовалась:
— Какие у нас планы дальше?
— Мероприятие начинается в полдень, — я посмотрел на часы. — Адрес мне известен, но… сама видишь, что с погодой. Давай встретимся в лобби примерно… через час.
— Договорились! — прощебетала Джан. И, немного подумав, добавила: — Сергей, в отелях такого класса не нужно спускаться в подземный гараж. Отдай распоряжение по телефону — и машину подадут к центральному входу.
Я молча кивнул.
Джан оказалась права.
Переодевшись и разобрав свой чемодан, уже стоявший в номере, я позвонил портье и велел подать «Ирбис» к парадному крыльцу в половине двенадцатого. Этого хватало с запасом, поскольку место запланированной встречи находилось в десяти минутах езды от нас.
Первый день съезда предполагал наличие у меня классического костюма, а не смокинга, но вот вечерний бал, который запланирован на девять, диктует другие правила. У нас с морфисткой будет порядка трёх часов на смену гардероба, лёгкий перекус и осмотр города. Но мотаться по Екату в такую погоду я особым желанием не горю.
Второй день по программе предусматривает встречу в конференц-зале, выступления докладчиков (кто бы мог подумать) и приватные беседы, запланированные накануне. Торжественное принятие в Союз новых членов запланировано именно на сегодня. При этом будет лёгкий фуршет, во время которого старожилы в непринуждённой обстановке смогут познакомиться с новичками.
Я критически осмотрел себя в зеркало.
Твидовый костюм-тройка модного в этом сезоне тёмно-коричневого цвета. В тон ему — коричневые ботинки челси. Белая рубашка и фиолетовый галстук в косую полоску. Джан заявила, что именно в таком виде уважаемый человек должен являться на деловые встречи. А ведь первая половина мероприятия — это и есть деловая встреча. Бал и фуршет относятся к неофициальной части.
Некоторое время я размышлял над выбором оружия.
Понятно, что гостей обыскивать не будут — это противоречит дворянскому кодексу чести. Максимум — попросят сдать имеющиеся клинки на временное хранение. Да и то, в письме Строганова, которое содержало регламент и программу съезда, ничего такого не упоминалось. Кусаригаму могут счесть оружием шиноби, а вот трость-меч — неизменный аксессуар для многих господ благородного происхождения. В итоге я склонился к мечу. Опять же, стильно.
В дверь постучали.
Сделав створку прозрачной, я убедился, что в коридоре «свои».
— Мы же внизу хотели встретиться, — заметил я, впуская морфистку.
Джан впорхнула в апартаменты и приступила к детальному сканированию моего образа. Поправила галстук, убедилась в том, что костюм «хорошо сидит».