У зеленой колыбели: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Погоди, — удержал ее Павлик. — Скоро…

— Что скоро?

Андрейка с силой дернул Павлика за рукав.

Бревно с гвоздем подвезли к пилораме только после обеда. И когда мальчишки увидели, как укрепляют ствол на тележке, они испугались.

— Уйдем лучше, — предложил Андрейка. — А то догадаются. Вон ты белый какой.

— Ты тоже белый…

Они ушли на кордон и, забившись на кухню, прильнули к окну. Суетившиеся у пилорамы люди мешали все видеть, но по визгу пилы было слышно, когда она входила в дерево: визг становился мягче, глуше.

Медленно тянулись минуты. Одна. Другая. Третья.

Но вот что-то ударило в воздух тугим звоном, раздались громкие голоса, отчаянной матерной бранью начал браниться Афанасий Серов. Тесной кучкой сгрудились у пилорамы рабочие. Отдельные, громко сказанные слова долетали до кордона. Мальчишки переглядывались, не в силах удержать счастливую улыбку, чувствуя, как какая-то радостная сила поднимает их над землей.

— Пойдем? — спросил Павлик.

— Лучше не надо.

Но радоваться пришлось недолго. Афанасий Серов и механик куда-то торопливо ушли и через полчала вернулись с новой пилой.

— На склад ходили, — догадался Павлик.

— Ну да! У них там, наверно, много…

Только часа через два мальчишки осмелели подойти к пилораме. Однако никто не обратил на них внимания, механик решил, что история с гвоздем — случайность. Пила, у которой были выщерблены четыре зуба, валялась прямо на земле недалеко от локомобиля. Присев возле нее на корточки, мальчишки с ненавистью рассматривали блестящую металлическую поверхность, отражавшую их руки и лица.

— Чисто тебе зеркало, — сказала Кланя, проводя пальчиком по нагретому солнцем диску. — У-у, зубастая! Подавилась, проклятая?

Потом Павлик предложил пойти на мельницу посмотреть склад — интересно, сколько же у них там запасных пил. Пошли. Но мельница была заперта, на новых дверях висел огромный черный замок. Окошечко было забито досками, и заглянуть внутрь не удалось.

Они посидели у остатков плотины, глядя, как тянутся в воде, увлекаемые течением, длинные зеленые водоросли — русалочьи волосы, слушая стеклянный щебет ручья. Здесь лес стоял еще не тронутый, и странно было думать, что там, откуда они только что пришли, лес вырублен, повален, что там воют пилы и безостановочно тюкают топоры и белый дым поднимается над погребальными лесными кострами.

— А знаешь чего? — шепотом спросил Андрейка, касаясь уха товарища. — Ежели бы спалить. А?

— Что? — так же шепотом спросил Павлик.

— А склад ихний. А?

Павлик вздрогнул и оглянулся на мельницу. Ее бревенчатые стены, сложенные из сухого старого леса, наверно, сгорели бы, как факел.

Мельничка была брошенная, ветхая, никому не нужная, — кто бы стал такую жалеть? Но что-то пугало Павлика в предложении Андрейки — ведь это было уже самое настоящее преступление. «А против кого преступление? — спросил он себя. — Против этого гада Глотова? Против Серова, который разбил голову деду Сергею? Так их и надо».

Андрейка во все глаза смотрел на Павлика, в его синеватых глазах застыло выражение напряженного ожидания. Но говорить им мешала Кланя.

— Ты цветов, что ли, насобрала бы, — сказал Андрейка. — Ишь сколько их.

— Ромашков тут завсегда полно, — отозвалась Кланя, вставая. — Я всем нам венки заплету…

— Вот-вот…

Девочка отошла в сторонку и, мурлыкая себе под нос «Цветик аленький, цветик маленький!», принялась собирать ромашки. А мальчишки смотрели друг на друга и не решались продолжить страшный разговор.

В стороне дороги послышались голоса, скрип тележных колес, ленивое понукание.

— Кто это?