Геном хищника 4: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Во-первых, у Феликса был план добавить шакрасу токсичности. Типа быстрый, ловкий и проворный от природы, не хватает только яда и желчи. Предполагалась инициация генома скорпиона, а повторная уже тайпаном. Во-вторых, по мнению доктора, мне бы подошёл геном Дьявольского броненосца, чтобы добавить мне хитиновый панцирь.

Следующий пункт я перечитал несколько раз. С каждым разом всё больше жалея, что разговор с Феликсом не состоялся. Уж не знаю, что было в голове у этого больного ублюдка, но для лучшего контроля над подопытным он предполагал кастрацию. Гипотеза была простой: станет управляемым, снизится риск побега, увеличится продолжительность жизни. Да, капец, кому такая жизнь нужна потом?

Дальше ещё варианты, но с пометкой, что без гарантий. Я читал и только за голову хватался. А на гипотезе, что вместо генома, надо напрямую пересадить парочку запасных сердец, взятых у каких-то там миксинов, я уже собрался ехать обратно в лабораторию и откапывать доктора, чтобы закопать его обратно, но уже по частям. Ещё и картинка была в виде зубастого шланга с аж пятью сердцами, а рядом с ней схема человеческой груди с вариантами, куда подсаживать.

Единственная гипотеза, которая показалась мне интересной и хоть капельку разумной. И при этом я раньше с этой точки зрения не смотрел — это криптобиоз. То есть состояние, когда организм приостанавливает жизнедеятельность под воздействием неблагоприятных факторов. Минус под триста по цельсию, плюс сто пятьдесят, радиация, давление в тысячи атмосфер и прочие прелести окружающей среды. И причём находиться в этом состоянии могли даже не годами, а чуть ли не миллионами лет.

Обладателей таких способностей я не рассматривал раньше хотя бы потому, что было непонятно, как их рассматривать. Первой в списке возможных доноров у Феликса значился Водный медведь. Он же — тихоходка. Тот самый смешной зефирный микромедвежонок с присоской вместо рта, который переживёт любой апокалипсис и полетает в космосе.

Дальше по списку уже шло менее приятное и не знакомое мне по передачам Animal Planet: нематоды, артемии и прочие черви с личинками. А следом за ними — семена растений, мхи, лишайники и прочие ползучие грибы.

Слишком всё мелкое. Я даже не уверен, что там эссенция сможет выделиться. Хотя зависимость наличия и размера сахарка от массы донора, вроде как особо здесь никто не доказывал. Опять это — это на Земле они такие, а здесь — вопрос. Я представил себе гигантскую тихоходку вместе с альфа-лишайником и засомневался, что, в принципе, хочу с ними встречаться. Лучше не попадать в ситуации, когда мне пару тысяч лет придётся в радиоактивном болоте лежать.

Но тема с растениями на этом не заканчивалась. Феликс предполагал, что без второй дозы генома шакраса, он не сможет долго ставить опыты, и придумал несколько эликсиров, чтобы отдалить неизбежное.

Эх, добряк какой! Хотел мне подольше дать пожить, по сути отдаляя наступление кризиса. Сразу три рецепта из очень даже адекватных ингредиентов. Никаких мхов, сушёных червяков настоянных в полнолуние на девственной крови древолазов — ничего такого не было. Наоборот, в одном из рецептов проскочили мята со зверобоем. И микродозинг батрахотоксина исключительно в лечебных целях. Но это понятно, куда же без яда ужасного листолаза.

Шутки шутками, но главное было то, что я мог достать эти ингредиенты чуть ли не выходя из лагеря. Поэтому следующие два дня я вместе с близнецами охотился за лягушками и собирал травки. А потом всё это дело варил, развернув минилабораторию у себя в палатке.

Блокнот с гипотезами и протоколами Анны я читать не стал. Захочет рассказать, сама расскажет. Единственное, я заглянул на последнюю страницу и ознакомился с заметками доктора, посвящёнными уже не конкретно Осе, а некоему мутагену для создания суперсолдат. По мне так, супермутантов, но лексика доктора, так сказать, сохранена.

Создали его на базе испытаний над Анной. Не калька её навыков, а скорее принцип и последовательность смены генетического кода. И, как хвастал Феликс (а себя он хвалил часто), он его разработал, улучшил и почти стабилизировал. Одна доза, практически мгновенная трансформация и был человек, а стал… Ну, что выросло, то выросло. На целых от трёх до двадцати часов согласно расчётам доктора.

Картинок не было, но была пометка, что некто «К. Р.» получила формулу, а некий «Отдел 100» получил ещё и образцы. А это значило, что мы точно встретимся с теми, кто этот мутаген примет. И что-то мне подсказывало, что «К. Р.» — это не Кевин Костнер, не Курт Рассел и тем более не Киану Ривз, а, скорее, известная мне Кристина Рейнер. И если до неё я добраться не смогу, то поломать ей здесь все схемы надо обязательно. Не ради мести (хотя куда без неё), но ради того, чтобы подобных экспериментов больше не проводили. Мне даже само название отдела не понравилось. Человеческая история уже знала один «Отряд 100», и я не удивлюсь, если это логическое продолжение, но уже на Аркадии.

С такими мыслями я и «кашеварил». Сначала по рецепту Феликса, потом втянулся, и практически как Ульрик с оружием Древних, разобрал на составляющие. Понял принцип как и что, на что влияет. Сверился с уже известными мне рецептами, подобранными биомонитором для ши-тау. Взял что-то оттуда, смешал, взболтал и даже попробовал.

Обплевался от горечи, вылил всё и принялся экспериментировать дальше. Параллельно обновил и расширил запас «Живинки» и «Малокровки», потом перешёл на более сложные рецепты и настолько разошёлся, что приготовил новые капли под названием: «Электро». Описание гласило, что при использовании появляется навык электрорецепция, позволяющая фиксировать электрические поля и сигналы окружающей среды.

На фига мне это было нужно при наличии чуйки, было не ясно? Зато я узнал, что при сокращении мышц действительно генерируются электрические поля. Ионы натрия и калия, гуляя через клеточные мембраны мышечных волокон…

На самом деле у меня просто других ингредиентов на что-то, законченное и не изобретённое мной, не хватило. А после создания одного пузырька «Электро», так вообще хоть что-то ценное закончилось вместе с моими экспериментами. А всё ещё нужно было ждать!

Я прилип к Ульрику, но как-то очень быстро достал его. Хотя даже не лез с советами, только с вопросами, но меня всё равно прогнали из мастерской. Тогда я решил заняться обучением фермеров. Отобрал первую партию из самых толковых и стал готовить их к тому, чтобы они потом могли готовить других. Медленно, но верно наметился прогресс, но пришли новости от Датча.

Плохие. Голландец угодил в засаду где-то под Хардервайком, и если не произойдёт чудо, то повстанцы лишатся своего лидера. Суд «Искатели» провели быстро и уже готовились привести приговор в исполнение.

Глава 2

Эту новость мне сообщили запыхавшиеся близнецы, а когда я примчал в лагерь, там уже было не протолкнуться. Народ повыскакивал из всех палаток, сгрудившись плотной толпой на самой широкой поляне. И, прежде чем протолкался внутрь, я услышал встревоженный голос Деми. А потом и увидел, кого она пытается допрашивать. Голос её дрожал, она с трудом сдерживала слёзы, но вопросы задавала грамотные.

Допытывалась она до измученного парня, в котором я узнал одного из водителей Датча. Открытых ран или переломов я у него не заметил, но выглядел он так, будто пешком пробежал весь путь от Хардервайка. Причём сделал это без еды, воды и перерывов.

— Ты можешь точно сказать, где это произошло? — спросила Деми.

— На ферме Винке, — устало ответил парень, до сих пор пытаясь отдышатся.

На ногах он стоял с трудом. С двух сторон его поддерживали бойцы, которые должны были охранять дальний периметр. Видимо, до них он как-то дошёл, а дальше его буквально втащили в лагерь. Рядом со мной протиснулась пожилая женщина, одна из тех, кто выполнял роль врача. Хотя уровень там был где-то посередине между фельдшером-троечником и знахарем самоучкой. Не конкретно у неё, а у всех медработников Пограничья. Парню дали попить, что-то типа разбавленной «Живинки», а потом и закапали глаза.

— Мы уже полдороги проехали, — продолжил парень, проморгавшись и явно посвежев, хотя речь его всё ещё была сбивчивой. — Голландец договориться хотел. Ну, с Винке о покупке пшеницы. Но мы остались ночевать. Потому что уже поздно. Выл кто-то в степи, и стемнело уже. Ну, выпили. Как без этого-то, если за встречу. А утром вышли, а вокруг черти лысые. Два карательных отряда, может, и четыре.

Парень задумался, будто пытался по памяти пересчитать количество секстантов. Но его дёрнула Деми.

— А отец?

— А что ему было делать, лапы поднял. А они тут же приговор, — плечи парня опять поникли. — Мол, виновен и давай крутить.

— Подожди, а ты-то как выбрался? — у меня за спиной раздался голос Ульрика.