Роза и червь: читать начало книги онлайн

Мимо проплывал необычный плакат: красивая синеволосая девушка смотрела из-за решетки испуганно и умоляюще. «ПОМОГИ МНЕ, САИД!»

— Кампания в поддержку Зары Янг, — объяснила Кэт. — Она в плену у активистов движения «Свободная Рианнон».

— А как ей помочь? — Про активистов Саид не понял, но лицо Зары, прекрасное и страдальческое, вызывало неодолимое сочувствие.

— Подписаться под требованием ее выпустить. Отослать твою подпись?

— Да.

— Сделано, — доложила Кэт. — Ты 6301-й подписавшийся.

Надпись снова поменялась: «СПАСИБО, САИД!», а лицо девушки осветилось робкой улыбкой надежды. Тем временем мобиль свернул в какой-то узкий проезд, миновал ворота и затормозил.

Они приехали на маленькую взлетную площадку, окруженную деревьями. Над служебным зданием развевался белый флаг с золотой конской головой, вход караулили два великана-охранника в блестящих доспехах. Посреди площадки стоял рингер, или кольцелет — обтекаемая белая машина с двумя заключенными в обод пропеллерами по бокам. Винты располагались почти горизонтально, прозрачная кабина выдавалась над их плоскостью округлой сигарой, нацеленной вперед и вверх.

Только тут, идя между Конти и Бренданом к летающей машине, Саид спохватился:

— Эй, а когда мы вернемся?

— Э-э… — как обычно замялся Брендан, а Конти уверенно сказал:

— Когда здесь все успокоится. — Дверь открылась и опустилась трапом, Конти сделал приглашающий жест.

— А родители знают? — теребил его Саид. — А зачем летим? А что там делать?

— Знают, знают. А делать то же, что и здесь, — Конти нетерпеливо махнул рукой. — Есть, спать и развлекаться за счет компании. Сказал бы «лечиться», не будь ты здоровым симулянтом. Садись уже, наконец!

Придав лицу независимое выражение, Саид взошел по трапу в салон. С переднего сиденья к нему повернулась летчица и приветственно кивнула. Круглый зеркальный шлем скрывал ее лицо, но белый комбинезон бесстыдно облегающего покроя не оставлял сомнений, что это летчица, а не летчик.

Слегка смущенный Саид сел на заднее сиденье. Брендан устроился рядом, а Конти остался снаружи — мальчик не успел спросить, почему. Двери захлопнулись, нарастающе заревели винты.

— Почему Конти не с нами? — прокричал он на ухо Брендану. Может, хоть тут не промямлит и скажет правду?

— Поехал за твоим цветком! — проорал Брендан в ответ. — Мы будем ждать его за периметром.

Кольцелет с тяжелым рокотом оторвался от земли. Саид пришел в восторг: я лечу, лечу по-настоящему а не в вирте! Они быстро поднимались, расчерченная кругами взлетная площадка становилась все меньше. Задранный нос кабины опускался, скорость росла, винты теперь толкали кольцелет не вверх, а все больше вперед. Летчица полулежала в кресле, не касаясь рулей управления. Саид уже понимал, что она управляет машиной мысленно — через ее собственную Кэт, или как там звался ее даймон. Сквозь волшебные очки гарнитуры Саид видел вокруг шлема летчицы обруч с надписью: «Венди [NAV] Миллер». Что значит это «NAV»?… Его взгляд невольно скользнул ниже. Обтянутые белоснежным комбинезоном изгибы тела неодолимо притягивали глаза… Саид заставил себя отвернуться к окну.

Они поднялись не слишком высоко, но уже можно было охватить взглядом всю колонию — правильный квадрат коттеджей и садов, расчерченный сеткой улиц. К северу от колонии громоздился лес башенных кранов грузового терминала, тянулась на восток бесконечная взлетная полоса космодрома. На западе синела полоса канала, по которому ползли баржи. За каналом дымили, как два вулкана, гигантские градирни ТЯЭС. Ближе, между каналом и колонией, лепились серые лабиринты базара и предместий. Они летели прочь оттуда, на юго-восток. В воздухе вокруг кольцелета роились мелкие беспилотники, будто стая ворон — наверное, зачем-то так было надо.

Колония кончилась. Беспилотники-вороны отстали. Промелькнул бетонный забор, заросшая бурьяном полоса отчуждения, начался Рабат — островки кварталов-махалл, разделенных пустырями и огородами. Среди каждой махаллы — плотного хаоса крыш, переулков и дворов — круглились купола бани и квартальной мечети. Саид попытался высмотреть свой дом, но они летели уже слишком быстро. Рабат остался позади. Пролетели кладбище, скотобойню и свалку, и потянулась бесконечная монотонно-рыжая полупустынная степь. Далеко на юге виднелось сквозь пыльную мглу неоглядное скопление руин — остатки старой Москвы; изредка однообразие вида нарушал овраг или речушка, но в основном смотреть было не на что. Саид погрузился в раздумья.

Вернется ли он когда-нибудь домой?

Его уколола острая тоска по дому. По маме и папе. По Хафизу и остальным пацанам. По всей старой жизни в махалле Науруз — такой простой и привычной. Ведь даже когда его вылечат и отпустят (если вылечат, и если отпустят, мрачно поправил он себя) — все равно уже ничего не будет по-прежнему…

Что-то в тоне рокота моторов изменилось. Кольцелет шел на посадку. Оставив скорбные мысли, мальчик прильнул к окну. Внизу была обычная степь, место ничем не выделялось. Они снижались, взметая и разгоняя желтую пыль. Кабина задралась к небу, и кольцелет несколько раз перевалился с боку на бок, пока не обрел устойчивость. Наконец машина встала на землю, погрузив шасси в иссохший чертополох. Моторы смолкли. Венди Миллер сняла шлем — рассыпала по плечам каштановые волосы, обернула к Саиду веселое веснушчатое лицо.

— Ждем капитана Конти два часа, — сказала она. — К половине третьего не приедет и не выйдет на связь — летим без него.

Почему-то Саид ни на миг не усомнился, что Конти приедет.

Рианнон. Побег

Никакое снотворное не действует мгновенно. Две-три секунды после выстрела, пока Араун еще был в сознании, Зара сидела замерев от ужаса перед собственной дерзостью. Ей никогда не приходилось делать ничего подобного в реальной жизни. Что если Араун передумает, что если позовет на помощь? Одна мыслекоманда — и все пропало. В соседней полости полно его ботов и людей, им хватит секунды, чтобы ворваться.

Но никто не врывался. Глаза Арауна, раскрытые в немом удивлении, гасли. Все, что он попытался сделать — отнять у нее инъектор, но как-то совсем вяло и неубедительно. Рука Арауна медленно сползла со стола. Он спал.

Зара встала. Немедленно уходить. Это не тихая комната, здесь камеры. Через сеть — при наличии допуска — видно и слышно все, и остается только надеяться, что охранники Арауна не следят за шефом совсем уж непрерывно.