Сон сатаны: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Сатана спал в цветущей альпийской долине, в тени скал. Солнце снимало свои пурпуровые венки с ледяных горных вершин, и сумрак наполнял долины, дымящиеся от аромата. Кругом цвели фиалки, и в тишине, где-то на ледяных высотах, безостановочно гудел далекий водопад.

Час красоты настал на земле.

И Сатана спал и видел сон. Гордый дух его был полон боли оттого, что невозможно было ему создать тело, в котором мог бы жить дух, подобный ему.

Он припоминал сотворение земли, когда Иегова, алкая мощи, создал столько рабов, вялых, самодовольных и немощных, единственною обязанностью которых было петь славу своему Творцу и трепетать перед Ним. И, когда все в то время пели хвалебные песни, ушел он от трона Иеговы, полный гнева и боли.

Но своему образу и подобию сотворил Иегова человека, и чем же он мог быть, если не рабом? Тиран не может создавать независимое, полное и прекрасное.

И Сатана мечтал о „своем“ человеке.

Фиолетовый сумрак густел над горами и все сильнее дышали ароматом луга. Как горький мед, как ладан, силен был аромат, и в мозгу Сатаны проснулись мысли и забушевали, как океан.

Он стоял на новой земле, не нуждающейся в солнце. Ее горы были из яхонта и желтого янтаря, ее долины — переполнены деревьями жизни и познания, и вся она, как алтарь, дымилась от аромата неувядающих роз. Сладкое одурение росло в груди Сатаны: он искал человека, но человека не было — был только тот образ, которого Иегова назначил себе рабом.

— „Это не человек для моей земли!“ сказал Сатана и опечалился.

Неужели дух может жить в этом теле, состоящем из праха и живущем одно только мгновение, как мыльный пузырь? И это сердце, преисполненное забот и рабства, как труп, изгрызенный червями, гонящее жидкий сок — кровь — по жилам! Жалкое сердце!

И затем эти глаза, которые не видят красоты, и этот мозг, который не знает ни одной из самых элементарных тайн: ни понятия о времени, ни пространства, но ведет своего хозяина, как слепого нищего, по миру, и ликует нищий, когда под ногами у него твердая почва.

Эту тень Иегова называет высшим существом творения. Жалкий Иегова!

И Сатана вынул сердце человека и бросил его к своим ногам. И новое сердце вложил он в грудь человека, прекрасное, как прекраснейший янтарь, и жилы его он вынул и вложил туда реки жизненного океана, и кровь, горячую, как огонь, влил он в новое сердце и наполнил все тело человека как бы искрами; и от искр внимало и трепетало все тело в божественном восторге.

О, это не было уж больше тело человека, которое гниет и превращается в прах. Это было новое тело: в водах Ганга не нашлось ни одного лотоса, который был бы нежнее, чище и прекраснее, чем это тело.

И торопился Сатана, дрожа от восторга, и вынул глаза человека и бросил их к своим ногам, и создал новые глаза; по ту сторону времени и пространства и через вечность глядели они и не было уж более тайн для человека; и звезды, прекраснейшие звезды, улетели от трона Иеговы глядеть на красоту человеческих глаз и, поблекшие, вернулись обратно.

И Сатана развязал язык человека, и, как серебряный дальне-звучный колокол, зазвучала человеческая речь, и Серафимы и Архангелы умолкли в своем хвалебном гимне, услышав язык человека. И персты воткнул Сатана в уши своего человека, и открылись уши для гармоний вечности, каких даже сам Иегова до сих пор не слыхал.

Тогда Сатана схватил человеческий череп, вынул мозг и бросил к своим ногам. Ах, этот бедный мозг! Этот гниющий комок, при помощи которого человек хотел распознать жизнь и смерть, и в котором, самое большее, могло водвориться сумасшествие! Это не было познание, это было брожение в темноте. И Сатана собрал бесчисленное множество мыслей величайших гениев и вложил их в голову своего человека... и покраснел и затрепетал от восторга прекрасный Создатель, ибо перед ним стоял человек по его подобию.

И Сатана обнял своего человека, обвил вокруг него свои божественные руки и прижал свои губы, полные румян, как вечерняя заря, к губам человека, и их дыхание соединилось, как соединяются две ликующие песни; бессмертие было в поцелуе Сатаны, и вечно жить и вечно наслаждаться мог отныне человек.

И наполнил Сатана мозг человека своим познанием и гордостью; не распался он уж больше, как у человека Иеговы, когда Сатана прикоснулся к нему своим дыханием; и влил Сатана в сердце человека любовь, ненависть, боль и ликование, и не утомлялось его сердце, как сердце человека Иеговы, а все ярче и ярче горело оно в бесконечно возрастающем счастье, как вулкан, ручьи лавы которого разливаются по всей земле и небесам и наполняют пространство, но который все же разливается и разливается и пылает без конца; от дыхания человека в виде тумана выделились смерть и уничтожение и тьма, и от глаз его миллионы звезд загорались в пространстве, а по стопам его расцветали розы, и мирты зеленели, как непроходимый лес, и ворота вечности были широко раскрыты для него, и днем и ночью.

В неувядающей красоте стоял человек перед своим создателем — Сатаной — и улыбался.

И Сатана, загораясь от счастья, подошел к нему, обнял его и сказал:

„Ты — Бог теперь, как и я! Ты — мой брат, идем наслаждаться счастьем божества“.

И руки их свились, и губы их встретились, и затрепетала земля от счастья. Их чувства слились в одну тихую гармонию, и эта гармония росла и перешла в сладкозвучащую симфонию, в ораторию славы, и все жарче и жарче горели ее звуки, как бы соединяя Творца с его творением. И душа Сатаны наполнилась как бы горящим золотом, и ум его пьянел, дыхание его захватилось, как от курящегося фимиама, и он почувствовал то, чего никогда не чувствовал: он почувствовал, как его гордые, презирающие глаза наполнялись слезами, и счастье, точно теплая весна, разливалось по всему его существу. Но гармония росла все более звучная, все более жгучая, и звуки роем кружились вокруг его головы, как золотые нитки, и таяли в крови как огонь, завлекая их все дальше и дальше.

Сатана обхватил своего человека и демоническая радость увлекала их в пляску. И пляска эта становилась все быстрей и быстрей, как вихрь, который, возрастая, сметает горы и подымает океаны до туч; и Сатана плясал, как возрожденный, свою победную и жизненную пляску со звезды на звезду, сквозь хаос туманов и миров; все живей, все жгучей становилась пляска, и все громче играла невидимая музыка, и великое счастье в душе Сатаны превратилось в-боль и угрожало его задавить и в безумном вихре ликований вырвался из его груди сумасшедший крик... и Сатана проснулся...

Он лежал на голой жесткой скале в высотах гор. Ночь была темная, полная вихря, и серые тучи, как тени, мчались к востоку, но земля была как бы мертвая.

Сатана почувствовал, что в глазах его было нечто теплое, и испугался. Слезы?! Он плакал?! Холодный, гордый, непреклонный дух! Бог!

И тогда он вспомнил... Да, это был сон. Только сон. А здесь лежала опять она — земля человека Иеговы, который живет одно только мгновение и осмеливается мечтать о бессмертии, который в агонии извивается у трона тиранов и умирает в честь своего Бога, который вот уже тысячелетия, как заковывает себя в цепи, как слизняк, ползает по грязи и умеет только или властвовать или повиноваться!

Вот проснется она, эта бедная земля, и презираемые создания опять будут бегать по своим улицам, искать вечной жизни и не будут знать, что смерть ходит по их стопам. О, вечное рабство, вечные цепи, вечный храм идолов!...

И вздрогнул Сатана от боли, и вздрогнула от его мучений бесчувственная земля. Он плакал о человеке, о земле и о Иегове, и о своем сновидении, и его тысячецветные крылья трепались от боли, как у подстреленного орла, который, умирая, вонзает когти в скалу.