Черный обходчик: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ну что ты такое говоришь? Как он может быть сначала тут, потом там?

В этот момент я наконец-то выпустил петуха. Птица нервным движением выскочила на свободу, отряхнулась и, гордо расправив гребень, двинул по направлению к курам. Из-за угла выскочил с выпученными от возмущения глазами белый петух.

Они сошлись. Волна и камень, стихи и проза, лёд и пламень…

— Мам, смотри, курочки играют! — радостно завопила девочка, указывая на начавшуюся битву света и тьмы в отдельно взятом курятнике.

Воспользовавшись тем, что мнение публики всецело переключилось на устроенный мною спектакль, я вновь переместился в призрачный мир и подошёл к Еве.

— А что они вообще скажут, когда поймут, что у них левый петух? — спросила Ева.

— Что-нибудь непечатное.

— Как они это объяснят вообще?

— Знаешь, Ева, вот тебе один из важнейших уроков взрослой жизни, в которую ты сейчас вступаешь, оставив позади школу. С тех пор, как ты спихнул проблему на других людей, это уже их проблема. Прекращай о ней думать, освободи голову для чего-нибудь прекрасного.

— Угу. Это тебя в отеле так научили?

— Куда им. Это в аквариумном магазине.

Тут я задумался об аквариумном магазине. О грустном Никите, который лишился Изольды и теперь вынужден регулярно выплачивать мне зарплату. О радостном Олеге, который теперь обслуживает всех моих секретных и не очень клиентов. И почувствовал какой-то укол сомнительной ностальгии.

Впервые с тех пор, как я сделал свой окончательный и бесповоротный выбор в пользу видящих, меня коснулась тень сомнения. Синдром самозванца запустил щупальца в голову, и по этим щупальцам потекло: «Кем ты себя возомнил? Да тебя выпнут через неделю, потому что у тебя на лбу написано: „Обычный, бесперспективный“, договор с Даниилом Петровичем расторгнут, и ты вернёшься к Никите, будешь начинать с самого начала, будешь ползать на коленях, вымаливая хоть каких-нибудь клиентов».

— Что-то мне эта ваша взрослая жизнь, в которую я вступаю, вообще не нравится, — заявила Ева, вторя моим мыслям. — Пока в школе училась, не знала, как от неё отделаться. А теперь… То петухов подкидываю, то в подземельях кровью стены мажу. И вообще, связалась с какими-то городскими сумасшедшими…

Наши с Евой взгляды встретились, и я вдруг с пугающей ясностью понял, что наши отношения сегодня совершат стремительный скачок. Мы перейдём ту грань, за которой ещё можно оставаться просто коллегами.

Мы вместе нажрёмся.

— Лихо, молодой человек, лихо, — послышался тихий, но какой-то надсадный голос.

Старики нередко так говорят. С возрастом, видимо, что-то делается с голосовыми связками.

Я повернул голову и увидел такого божьего одуванчика. Дедушке было явно хорошо за восемьдесят, он был начисто седой и едва заметно горбился, но трость не носил. Это меня порадовало. О трости у меня остались неприятные воспоминания. От одного только вот такого воспоминания сразу голова заболела…

— Много чего я на этой работе видел, — продолжал старичок, — но чтоб средь бела дня петухов подкидывали — это в первый раз. Чайку, может?

— Спасибо, но мы торопимся, — ответила Ева.

— Ну тогда я вас охране заложу.

Вот это уже был серьёзный аргумент.

— Вы нас шантажировать будете? — спросил я.

— Ой, ну придумал! — Старичок засмеялся. — Шантажировать… Скучно мне, деду! Составили бы компанию, что ли.

— Ладно, чего там, — посмотрел я на Еву. — Пошли, чайку дёрнем.

— Мстислава ругаться будет, — надулась та.

— Ну, поругается, ей не привыкать.

— Тоже верно, — кивнула Ева.

И старичок повёл нас к себе.