Закончив с документами, я еще раз проверила, всё ли оставила в изначальном положении, погасила свет и вышла из кабинета, тихо прикрыв за собой дверь.
В эту ночь я почти не спала. Лежала в темноте, глядя в потолок, и прокручивала в голове всё, что сказала София. Все шаги, которые мне предстояло сделать. Все препятствия, с которыми я могла столкнуться.
Временами страх накатывал волнами, парализуя. Что я делаю? Как я могу противостоять Роману - человеку с такой властью, с такими связями? Что, если я проиграю эту битву и потеряю всё, включая Илью?
Но потом я вспоминала лицо сына, когда он стоял на лестнице и смотрел, как отец унижает меня. Вспоминала его маленькие руки, протягивающие мне чашку чая, чтобы утешить. «Я на твоей стороне», - сказал он тогда.
И я понимала: я не только за себя боролась. За него. За нас обоих. За шанс жить без страха.
- Ты какая-то странная в последнее время, - заметил Роман за завтраком, пристально глядя на меня поверх газеты. - Что-то случилось?
Я почувствовала, как сердце пропустило удар, но внешне осталась спокойной. За годы я научилась скрывать свои истинные чувства.
- Ничего особенного, - я пожала плечами. - Немного устала, наверное. Весна, авитаминоз.
- Может, сходишь к врачу? - предложил он с деланной заботой. - Проверишься.
- Хорошая идея, - согласилась я. - Запишусь на следующей неделе.
Роман кивнул, но его взгляд оставался подозрительным. Я знала этот взгляд - он что-то подозревал, что-то чувствовал, но пока не мог уловить, что именно.
- Я заметил, ты часто бываешь вне дома в последнее время, - сказал он как бы между прочим. - Шопинг, встречи с дизайнерами. Ты раньше не была такой активной.
- Просто следую твоему совету, - я улыбнулась, изображая легкость, которой не чувствовала. - Ты же сам говорил, что мне нужно чем-то заняться, не сидеть дома.
- Верно, - согласился он. - И я рад, если тебе это помогает. Просто не хочу, чтобы ты перегружала себя.
Не хочешь, чтобы я выходила из-под твоего контроля, - мелькнуло в голове. Но я лишь кивнула с благодарной улыбкой:
- Не беспокойся. Я знаю свои пределы.
Илья вошел на кухню, еще сонный, в пижаме, и разговор прервался. Я была благодарна за это маленькое спасение.
Весь день я чувствовала на себе пристальное внимание Романа. Он неожиданно вернулся домой пораньше, застав меня за рисованием с Ильей.
- Это что? - спросил он, глядя на альбом и краски.
- Мы рисуем динозавров! - радостно объявил Илья, показывая свое творение. - Мама помогает мне сделать их реалистичными.
Роман бросил взгляд на мой скетчбук, где я набрасывала карандашом профиль Ильи:
- Ты снова начала рисовать?
В его голосе звучало изумление, почти упрек. Как будто я нарушила какое-то негласное правило.
- Только чтобы показать Илье основы, - я старалась говорить спокойно. - Он очень заинтересовался.
- Хм, - Роман перевел взгляд на сына. - Не уверен, что это лучшее использование его времени. Он мог бы заниматься чем-то более полезным. Программированием, например. Или шахматами.
- Но папа, мне нравится рисовать! - запротестовал Илья.
- Конечно, - Роман потрепал его по голове, но его улыбка не достигла глаз. - Просто не стоит тратить на это слишком много времени.
Он вышел из комнаты, оставив нас с Ильей в неловком молчании. Я чувствовала, как атмосфера изменилась, как радость от совместного творчества испарилась под холодным взглядом Романа.
- Мы можем продолжить, мама? - тихо спросил Илья.
- Конечно, милый, - я погладила его по голове. - Конечно.