Молодая женщина начала что-то говорить про головные боли, но Крид даже не дослушал. Ещё один щелчок, ещё одна вспышка света.
— Мигрень. Магическое истощение. Месяц без заклинаний, — он уже осматривал ребёнка на соседней койке.
Щелчок. Свечение. Маленький мальчик перестал кашлять и удивлённо заморгал.
— Воспаление лёгких. Выздоровел. Следующий.
Ольфария наблюдала, как Крид методично обходил пациентов. Он не тратил время на осмотры, не задавал вопросов, не выслушивал жалоб. Одного взгляда ему хватало, чтобы поставить диагноз, а одного щелчка — чтобы излечить практически любую болезнь.
Сломанные кости срастались мгновенно. Инфекции исчезали без следа. Хронические заболевания, с которыми люди мучились годами, проходили за секунды.
— Опухоль мозга, — сказал он женщине средних лет, даже не притронувшись к ней. — Злокачественная, четвёртая стадия.
Женщина побледнела, но Крид уже щёлкал пальцами. Золотой свет стал ярче, продержался дольше обычного.
— Была опухоль мозга, — поправился он. — Контрольное обследование через месяц.
Виктор работал как хорошо отлаженный механизм — точно, быстро, без лишних движений. Его глаза напоминали глаза ястреба, высматривающего добычу. Только добычей были болезни, которые он уничтожал одну за другой.
Заметив Ольфарию в дверях, он едва заметно кивнул, но не прерывал работу.
— Цирроз печени. Последняя стадия, — диагноз прозвучал как приговор для мужчины лет пятидесяти.
Щелчок. Свечение. Мужчина сел на кровати, ощупывая правый бок с изумлением.
— Новая печень. Месяц без алкоголя, или всё вернётся, — Крид уже переходил к последнему пациенту.
Ольфария понимала, что наблюдает за чем-то невероятным. В её мире такие исцеления были бы названы чудом. Здесь это была обычная работа человека, который превратил медицину в искусство.