Градоправитель не сдержался и засмеялся, представляя сию картину. Тульмуш был ещё тем моралистом. Редко кого пропускал без нравоучений.
Отсмеявшись молодой мужчина с усилием вернул себе серьёзный вид и заметил:
-Сыскной отдел доложил мне, что ведьма пакость очередную сделать хочет.
Он ехидно сверкнул глазами.
-Я знаю, что ей надо. На шабаш она рвется. Но нашему городу злая ведьма не нужна. Я ей сейчас такую подлянку сделаю! Выдадим ей очередную почётную грамоту, её ни один Ковен к себе не возьмёт!
-Да чего вы с ней возитесь? Посадить её под замок и дело с концом! – рубанул ладонью по столу писарь.
-Ты же знаешь, Олаф, до Новогодья не могу! Вот после Новогодья, как пройдет комиссия в мэрии, что оценивает мою работу – сразу сцапаем её и под замок – на исправление!
-На дворе всего лишь осенний слякотень! За эти два месяца до Новогодья попьёт она нам кровушки!- воззвал к разуму градоправителя Олаф.
-Что поделать? Мне регистрировать случаи нарушения правопорядка до Новогодья нельзя! Приходится выкручиваться! Вот смотри! Идея! Частушка, которую ты напел, хороша ведь? И свидетели имеются! А давай-ка выпишем нашей ведьме, то есть горожанке Ассе Ортман почётную грамоту за сохранение устного народного творчества!!!
Олаф хмыкнул. Покачал головой.
-Давай! Иди. Оформляй. А как оформишь, приноси мне на доработку и ступай домой! Я остальное сам допишу! – приказал Людвиг.
Писарь сгреб черновики и вышел за дверь, а Людвиг тем временем подошел к барному шкафчику, вынул бутыль с сургучной печатью с буквой «А» и поднес к горлышку бокал.
Бормотуха немедленно среагировала, заползла в бокал пропев задорным женским голосом:
Мой хороший занемог,
На кровать мою прилёг.
Стразу стала помогать
Я ему недомогать!
Градоправитель хмыкнул и пригубил приятное вино. В памяти всплыли и зелёные, цвета лесного мха глаза, пухлые губки и черные, шелковистые волосы, оттенявшие белую алебастровую кожу, стройные ножки в полосатых чулках. Ещё ни разу не было, чтобы он, Людвиг ван Анкен, дракон, князь из рода Северного ветра, упускал свою добычу и не добивался своих целей. И ведьмочка Асса Ортман не станет его исключением.
«Надо будет навестить ведьмочку в её лавке» подумал он. На его губах расцвела предвкушающая улыбка.
Котелок третий. В ведьминой лавке
Асса закрыла лесной домик, повесила сумку с новыми снадобьями и составами на кончик метлы и усевшись сверху взмыла в утреннее небо. Чтобы не тащить поклажу на себе она решила потихоньку долететь до края леса, что обрамлял город своей стройной стеной. А уже по городу до своей лавки «Травы и Зелья» с вывеской котелка, дойти пешком.
Мышь, подслеповато морщась на утреннее солнце, уселся сзади неё и зацепился когтями за древко метлы. Кутаясь в плащ, продолжая свой полёт, Асса любовалась осенним лесом сверху, пока её внимание не привлекла дальняя тёмная точка.
Сфокусировав своё магическое зрение она разглядела чёрного дракона, что резвился под облаками. В их городе проживал только один дракон, а другие сюда не залетали. Дракон тоже заметил её, завис и они, через многие мили скрестились взглядами. Дракон подмигнул ей и выпустил струйку огня.
-Пффф! – фыркнула ведьмочка, отвернувшись, но глубоко в душе эта встреча пробудила приятное тепло.
В лавке, первым делом она напитала своей магией и полила цветок в горшке, что стоял на прилавке. Вот уже месяц она выращивала семечко росянки. Ей требовалась клейкая роса растения для зелья заживления ран. Этот экземпляр растения был хорош. Толстый, сочный стебель с зелёными листьями увенчивался плотным фиолетовым бутоном. Со дня на день оно должно раскрыться и тогда она соберет необходимый ей ингредиент.
Мышь залетел в лавку и с интересом оглядываясь, зацепился в темном углу. Девушка глубоко вдохнула милый сердцу запах, что царил в её лавке из смеси полыни, чабреца и можжевельника.
Асса перевернула табличку на двери на «открыто» и взялась за своё каждодневное ремесло: торговлю снадобьями.
Но, как водится, день не задался.
Первая покупательница, держа в руках завернутого в плащик с капюшончиком мопса, потребовала для него средство от собачьего храпа.
-Не бывает капель от мопсиного храпа! – доказывала ей ведьмочка. – Это такая порода, которая храпит.