— Никаких мужчин и недостойного поведения, поняла меня? — холодно процедил мне вслед куратор. — Ни слова никому, откуда ты, иначе тебя с позором прогонят через Искупление. Я серьёзно, Алисия. Никому не говори, что ты из другого мира. Будь осторожна в выражениях, прикидывайся глупой и неспособной к магии, пока не поймёшь, что к чему. Если, точнее, когда ты облажаешься, приходи ко мне, я помогу. Помни, кто ты, и не попадись, это единственное, что пока от тебя требуется, ясно?
— Ага, — с сарказмом бросила я через плечо, отчаянно надеясь, что я, наконец, вырвусь из этой прокля́той кураторской.
Я-то помню, кто я. И откуда. И кто меня сюда привёл, хмырь.
Хлопнув дверью, я прижалась к ней спиной, и если бы не оказалась посредине толпы народа, то, наверное, сползла бы по ней от облегчения.
Если честно, я думала, что невинной девушкой оттуда я уже не выйду, после того представления от Маркуса вначале.
Фух! Ну и жесть! Что за место?!
Немного придя в себя, я гневно зашагала по коридору в сторону своей комнаты.
Я не знаю, как, но отсюда нужно валить! Именно валить! И по-другому этого не скажешь.
Интересно, на каком из предметов преподают магию перемещения между мирами?
Ведь этот противный Маркус меня как-то сюда привёл, значит, он смог прийти в наш мир. Значит, и я могу, так ведь?!
Вряд ли это боевая магия или метаморфизм, которые называли. И точно не некромантия, не целительство, не гербология и не уход за животными. Это те дисциплины, название которых я сегодня слышала.
Были ещё какие-то «Чары», но это слишком обобщённое название, непонятно, что конкретно это за чары.
Ладно, поживём-увидим-разберёмся. Учиться я люблю, так что выход точно найдётся. Главное, чтобы быстрее.
На этой позитивной ноте я, бодро дошагав до комнаты, прикоснулась к ручке двери.
И замерла.
Вот блин, про выпивку из кураторской-то я забыла!
Ну и чёрт с ней, обойдётся эта Кристабель. Скажу, что не было. Или точнее, что там кто-то был и я не смогла ничего взять — это ведь даже правда!
И потянула дверь на себя и зашла.
Вообще, верно было бы называть это не комнатой, а блоком, номером или апартаментами. Потому что мы со стервозной соседкой делили гостиную и ванную, а вот спальня у каждой была своя.
В гостиной, кроме Кристабель и ещё двух девиц, сидело двое мужчин лет тридцати.
Из-за того, что все замолчали, стоило мне войти, я напряглась. Так обычно бывает, когда только что говорят о тебе.
— А вот и она, моя соседушка, — приторно-ласковым голосом протянула Кристабель. — Куратор Клебо, куратор Никос, познакомьтесь — Алисия Майер.
Глава 8
Я нервно сглотнула ком в пересохшем горле.
Куратор Клебо оказался худощавым блондином с голубыми глазами, волосами чуть короче, чем по плечи, уложенными в художественном беспорядке, с носом с горбинкой и полными капризными губами.
Одет он был в роскошный камзол бледно-голубого цвета, рубашку с жабо и светло-голубые брюки с высокими, по колено, чёрными сапогами.
Внешний вид куратора Клебо, хоть и не напоминал Хорька, как называл его Маркус, всё равно был довольно-таки отталкивающим. Эдакий «мажор», который привык, что всё будет так, как он хочет.
Куратор Никос был, если честно, куда более приятным на внешность. И почему Маркус называет его Шакал, интересно? Видимо, за поганый характер.
Чёрные, с пепельным отливом волосы спускались ниже плеч на роскошный серый камзол, расшитый камнями и драгоценностями. Так и не скажешь, что не он из них троих самый богатый! Видимо, комплексы «бедняка» дают о себе знать.
Глаза тоже были голубыми, а вот губы зато узкими, создававшими впечатление немного порочного, немного презрительного вида. Но всё же Никос был, на мой вкус, приятнее Клебо.