Журнал «Юность» №05/2020: читать начало книги онлайн

Самая не дошедшая до нас книга о Великой отечественной войне

Владимир Богомолов. «Жизнь моя, иль ты приснилась мне…» («Книжный клуб 36,6», 2014)

Свой главный роман Богомолов писал долго, написал много – больше 400 страниц книжного издания (даже если не считать часть «В кригере», сформованную в отдельную повесть), но это в лучшем случае пятая часть задуманного – судя по пунктирности повествования, многочисленным повторам и загроможденности текста. Впрочем, явно подлежавшая вычистке загроможденность (описаниями и, конечно, документами, собранными и додуманными с привычным мастерством) не мешает очень легкому слогу и внятности изложения – я давно так быстро не читал. А повторы, вернее, рефрены, главный из которых – «за что?», являются вполне осознанным и почти структурообразующим приемом.

Текст производит довольно странное впечатление. Льва видно по когтям, но автору уже неинтересны когти, которыми на гранит вечности были нанесены «Иван» и «Момент истины». «Жизнь моя…» наследует больше «Зосе» (хоть нарочито грубей и желчней). С этим связана лично моя проблема восприятия текста.

Богомолов – мастер психологии действия, причем и действие, и психология уникальны, а рассказчик конгениален герою, потому что явно умеет и качать маятник вразножку, и уверенно высчитывать в своем собеседнике одного из трех тысяч нелично знакомых диверсантов (не только по выпуклости противокозелка, но и по манере вести дискуссию) – и, соответственно, определять, что выгоднее не только тактически, но и стратегически (для общей победы) – валить собеседника на месте или дробить ему коленные суставы.

Что умеют герой и автор «Жизни моей…», не совсем понятно, потому что им обоим интересна только психология рефлексии, а действие побоку. В течение почти всего текста автор предпочитает показывать героя – настоящего героя, старлея Федотова, пацаном ушедшего на войну и «тянувшего Отечку» три года, издырявленного, невинного, многоопытного, наивного фронтового разведчика и доверчивого щенка – в момент подготовки к чему-то главному (сражению, операции, учениям, зимовке) или в пострежиме, когда все уже кончилось. Действие в лучшем случае упоминается (вроде «я тоже получил пулю в предплечье и провалялся в госпитале два месяца»). Чрезмерно подробно прописаны только бытовая и лирическая линии – именно что с повторами и многопудовыми отвлечениями. В результате читатель верит, конечно, но не видит, почему герой не сопляк-ванька-взводный, а опытный и умелый ротный командир, которого никак нельзя унижать и ставить на четыре кости.

Между тем вся книга посвящена тому, как умелых ротных командиров и комполка, лейтенантов и генералов, пацанов и стариков ставят на четыре кости и унижают – не всегда умело, но всегда грубо и расчетливо. Унижают другие лейтенанты и генералы, штабисты, особисты, кадровики, очаровательные девушки и измученные лахудры – все. «Только так бесполезно, так зло и ненужно опустили их» – просто потому, что так работает система.

Досадно, что как раз об этом и без Богомолова написано множество книг.

И о страданиях юного лейтенанта по теплому женскому тоже написано множество книг – в том числе и Богомоловым, причем сильно тоньше, лаконичней и вернее (см. ту же «Зоею» и главки «Момента истины» о замкоменданта Аникушине).

Только ближе к финалу опубликованных фрагментов я остро пожалел, что «Жизнь моя…» осталась недописанной. Потому что чукотская, самая бессмысленная и беспощадная, часть жизни старлея Федотова все-таки впечатления дежавю не производит – не помню я литературно обоснованных аналогов. Потому что очень сильно изложена история подготовки и проведения учений, в рамках которых изможденные холодом, болезнями и подножным сбором угля солдатики должны продемонстрировать лихое отражение американского наступления с Аляски. Потому что совсем убойное, неожиданное и издевательски точное у этой истории завершение – а сцена с лайками меня просто накрыла.

«Жизнь моя, иль ты приснилась мне…» могла стать великим романом о судьбе, смысле жизни и справедливости. Этого романа не будет никогда. Мне очень жаль.

Сергей Кубрин

Родился в 1991 году в Пензенской области. По образованию юрист, работает следователем. Публикации в толстых литературных журналах («Урал» «Волга» «Октябрь» «Сибирские огни»), автор книги «Между синим и зеленым» (2019), лауреат международной литературной премии «Радуга», финалист литературной премии «Лицей».

Самая простая книга о войне

Елена Ильина. «Четвертая высота» («Речь», 2019) Действительно, самая простая книга о войне

Прошлым летом к нам в полицейский отдел привели одного мальчика. Желтоволосый, крохотный, с веснушками. Не помню, как звали. Года четыре, не больше. Он скромно стоял в кабинете. Не смел ни плакать, ни говорить. Ручонки худые-худые, а кулаки сжаты. Терпеливый. Позже стало известно, что мать забыла его на автобусной остановке. Взяла и забыла. Заговорилась по телефону, отвлекалась, еще что-нибудь. Всякое, наверное, случается. Родители нашлись, мальчика забрали. И столько времени прошло, столько всего случилось, а я до сих пор почему-то о нем вспоминаю.

Часто-часто, по любому поводу.

Вот и, перечитав «Четвертую высоту», вспомнил.

Повесть посвящена недолгой жизни Гули Королевой – советской киноактрисы, которая записалась добровольцем в медико-санитарный батальон стрелкового полка и героически погибла в боях под Сталинградом. В ноябре 1942-го во время немецкого наступления она спасла пятьдесят раненых бойцов, отразила нападение, воодушевив солдат на атаку, поразила фашистских захватчиков и до последнего продолжила вести бой.

Ей было всего девятнадцать лет.

За это время Гуля Королева успела сняться в кино, влюбиться и сохранить дружбу, завоевать уважение среди дворовых ребят, прожить счастливое детство и юность, выйти замуж и родить ребенка, уйти на войну и не вернуться.

Страшно и понятно, потому так правильно.

«Есть в человеке темная, слепая сила, которая может заставить его бежать с поля боя, но есть и что-то посильнее, чем эта слепая жадность к жизни».

Непринужденное повествование, где Гуля еще девчонка, но с мужественным характером, готовит читателя к предстоящему напряжению. Елена Ильина (урожденная Маршак) заботливо преподносит правду о войне. Война как данность, спокойно и осмысленно героиня принимает решение записаться в добровольцы. Оставив ребенка на воспитание матери, Гуля каждый день вспоминает о нем на войне. Это потом подросший мальчик (Ежик) узнает, что она – «бесстрашная, славная дочь нашей Родины». А пока только стоит, едва научившись стоять, и смотрит, как мама Гуля уходит. Навсегда.

Действительно, самая простая книга о войне. Ни строчки пафоса, ни намека на вынужденную жалость. Напротив, каждая страница наполнена оправданной легкостью, естественным желанием жить и помнить. (Гуля просит мать испечь оладушек перед отправкой на фронт, а встретив смерть, говорит: «Ничего… Чья высота? Наша?»)

«Ничего». Ничего.

В детстве мать сказала Гуле: «Право на радость нужно сначала заработать». Так просто и так понятно. Живи и трудись, побеждай и верь до последнего.

И жила, и верила, и знала, что человек не умирает, потому что память о его подвигах – вечна.

…И вот я вспомнил о мальчике без имени. Как же звали его… Миша или Коля. Когда он покидал отдел, держа за руку мать, я протянул ему флажок с российским триколором. Нечего больше дать, а хотелось. Он сказал: «Спасибо», и вроде бы стало окончательно хорошо.

«– А тот огонек горит?

Мама взяла Гулю на руки, поднесла к окну.