– Возвращайтесь домой, ваши края уже освобождены от немца! – сумела разобрать мать сквозь рёв боевой машины.
Моя семья заторопилась домой, на родину, несмотря на настойчивые уговоры остаться на хуторе, и 25 августа уже была в Младенске. Не верилось, наконец закончились все мытарства. С тех пор, как бы трудно ни складывались жизненные обстоятельства, на все случаи была одна поговорка в семье: ничего, переживём, лишь бы не было войны! И еще долго, пожалуй до конца 60-х годов, в наших краях сказывались отзвуки войны.
Отца оккупация тоже застала дома. И по возрасту, и по брони он не призывался в начале войны, до последних дней выходил на службу на свой разъезд. Как только фронт приблизился и железную дорогу разбомбила вражеская авиация, отец ушёл домой. По наводке «доброжелателей» немцы хотели его вернуть на работу, но он не сознался, что является железнодорожником. При отступлении, как и всех жителей, отца тоже погнали на Запад, но отдельно от семьи. В сборном лагере на станции Урицкой, что под Брянском, отец закопал документы, и они не были испорчены немецкими печатями. И когда после освобождения он вернулся, его сразу же приняли на прежнюю работу.
Встретившись после оккупации с семьёй, отец узнал, что имение помещика Милошевича, который забрал отца из концлагеря в свои работники, находилось в двадцати километрах от хутора, где находилась его семья. Милошевич был министром в правительстве Латвии. Семья его состояла из сорокалетней жены, сына Кости, двух дочерей и зятя. Все жили в имении в шести километрах от Ковно. Жена помещика ненавидела советскую власть за то, что были расстреляны её четверо братьев – ксёнзов – за подрывную деятельность.
Оглядываясь назад, с уверенностью могу заявить: я благодарен своим родителям за то, что, несмотря на невзгоды, перенесённые в результате войны, они не ожесточились душой и сделали все, чтобы мы, их дети, росли окружённые заботой и любовью.
Вместе с матерью вернулась на родину и её сестра Евдокия Семёновна Шамарова с дочерью Аней. На родине тётю Дусю уже ждало фронтовое письмо мужа. Это запоздалое письмо нашло адресата, когда автора уже не было в живых…
1939 г. Дятьково. И. П. Малаховский и Е. С. Шамарова в день свадьбы
Вот уже более семидесяти лет письмо бережно хранится в семье Е. С. Шамаровой. Написано оно на одном листе форменной почтовой бумаги военного времени. Этот лист сворачивается в конверт в виде треугольника. Я помню такие письма-треугольники. Их в послевоенные годы посылал из армии для семьи старший брат. На внешней стороне напечатано типографским шрифтом: «Военное, бесплатное». В левом уголке под рисунком со скачущим всадником, поднявшим высоко над головой саблю, – надпись: «Казак на Запад держит путь, казак не хочет отдохнуть». На штемпеле с гербом отмечено: просмотрено военной цензурой, Жиздра.
Адрес получателя: Орловская область, Жиздринский район, ст. Судимир, д. Младенск Ульяно-Ленинского сельсовета, Хламкиной Варваре. Адрес отправителя: Полевая почта 17789 «ц», Ивану Петровичу Малаховскому. На почтовом штемпеле полевой почты стояла дата 24.03.1944, а на штемпеле получателя: Жиздра, 28.03.1944.
Удивляет, с какой скоростью дошло письмо в военное время, отправленное с самого северного района Ленинградской области, где находился в боях И. П. Малаховский. На своём опыте знаю: сейчас, в мирное время, из Перемышльского района до Санкт-Петербурга письмо идёт не меньше недели.
Март 1944 г. Письмо с фронта И. П. Малаховского. Внешняя сторона
Март 1944 г. Письмо с фронта И. П. Малаховского. Внутренняя сторона
Привожу текст письма. Сразу оговорюсь, в подлиннике я устранил некоторые ошибки и пропуски, вызванные тем, что автору был ближе белорусский язык, да и получил он только начальное образование. Кроме того, письмо писалось, скорее всего, на передовой позиции.
«21/3-44 г. Добрый день или вечер, моя незнакомая уважаемая Варя. В первых строках моего письма спешу я вам сообщить, что я письмо получил, за что сердечно я вам благодарен за ваше письмо. Вы хоть немного сообщили о моей любимой жене Дусе, а также о доченьке дорогой. Варя, почему вы ничего не пишите о сынишке, который народился в самое трудное время, в самую войну 15 июля 1941 года. Наверно, он умер? Дорогая Варя, если бы знала, как мне тяжело переживать. Не могу забыть их даже на одну минутку. Они очень, очень были для меня душевны и жалки. Конечно, я думаю, что вы лучше меня всё знаете. Я хвалиться не буду, но только проклятый Гитлер не дал пожить с ней, разбил молодую жизнь всего нашего народа. Конечно, она, может быть, на меня обижалась последнее время, но я потерял связь с ней. Я не мог помочь ничем. В 41 году в августе месяце получил от неё последнее письмо. Ответ не успел дать, уехал на фронт. Дорогая Варя, пропиши о вас. Пишите больше, пишите всё подробно, где Дуся находится. Поведайте мне всё подробно. Затем до свиданья. Остаюсь жив, здоров, чего и вам желаю в вашей жизни. Писал Дуськин муж Иван Петрович Малаховский. Передайте привет Дуське от меня».
Здесь нужно сделать некоторые пояснения. Тётя Дуся перед войной работала на Дятьковском хрустальном заводе и там познакомилась с уроженцем Белоруссии И. П. Малаховским. 29.06.1939 они зарегистрировали брак. Дочь Аня родилась у них 03.02.1940. Началась война. Ивана Петровича мобилизовали в Красную Армию, тётя Дуся, беременная вторым ребёнком, вынуждена была переехать в Младенск к старшей сестре – моей матери. Осенью Младенск оккупировали немцы (мать говорила, что ещё рожь с полей не всю успели убрать), семью угнали в Прибалтику, и связь у супругов оборвалась. Иван Петрович остался в неведении о судьбе семьи и винит себя за это. И только когда в августе 1943 года Жиздринский район был освобождён от врага, одно из писем дошло до Младенска. Ответила Варя Хламкина, работавшая заведующей избой-читальней, потому что семья была ещё в далёкой Прибалтике, занятой немцами.
Иван Петрович так и не узнал подробности ни о сыне Николае, которого похоронили через год после рождения на младенском кладбище, ни о тяжкой жизни на чужбине жены с дочерью Аней, так как погиб за год до Победы в Великой Отечественной войне.
После возвращения на родину в августе 1944 года Евдокия Семеновна получила это фронтовое письмо от Вари Хламкиной. Кстати, В. Хламкину я застал ещё в начале 70-х годов председателем Ульяно-Ленинского сельсовета. Не дождавшись мужа с войны, Евдокия Семёновна забила тревогу. На запрос в Москву в сентябре 1945 года она получила извещение: «Ваш ефрейтор Малаховский Иван Петрович в бою за социалистическую родину верный воинской присяге, проявив геройство и мужество, был убит 21 июня 1944 года. Похоронен с отданием воинских почестей в д. Каноша Лодейнопольского района Ленинградской области.
Настоящее извещение является документом для возбуждения ходатайства о пенсии».
Извещение было заверено Жиздринским военкомом капитаном Петровым и начальником 2-й части гвардии капитаном Калининым.
1945 г. Жиздра. Е. С. Шамарова с дочерью Аней после войны
Евдокия Семёновна с дочерью побывала у праха мужа, когда он был уже перезахоронен в братскую могилу Лодейного Поля – районного центра.
Адольф Елизаров
Родился 20 апреля 1937 года в Туле, сейчас проживает Новороссийске. По образованию инженер-механик, кандидат технических наук. Работал в различных организация (в том числе высших учебных) России, Украины, США.
Является автором более 55 статей, книг, брошюр и монографий по технологии машиностроения, в том числе 16 авторских свидетельств. Автор и соавтор трех поэтических сборников, изданных в Крыму (1998), Калифорнии (2003), Воронеже (2014).
Лю-ю-юди!