На огненной черте: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В а л я. Ой, дайте.

М а р ф а  П е т р о в н а (наливает чай). Ишь какая. Пришла, целый кувшин воды сразу, а теперь чаю.

В а л я. Да ведь нет у нас там воды. Водокачку взорвали. Стакан на день, хоть из лимана соленую пей!

М а р ф а  П е т р о в н а. Да… времена. (Пауза.) Ну, а сын-то живой, что ли? Все командует у вас там?

В а л я. Командует. Он вам передавал поклон низкий. (Замечает карточку на стене.) А это что, он?

М а р ф а  П е т р о в н а. Он. Да ты на карточку не гляди. Он не так чтобы интересный из себя, но зато орел парень.

В а л я. Его у нас любят все.

М а р ф а  П е т р о в н а. Это у него сыздетства. Он отродясь заводилой был.

В а л я. И маленький когда был — тоже?

М а р ф а  П е т р о в н а. Ох, не приведи господи. Только ко мне и ходили с жалостями на него. Ну, а я говорю: лови. Поймаешь — уши надеру, а не поймаешь, — значит, ушел, его счастье. (Задумчиво.) А ты что это интересуешься, девушка?

В а л я. Так просто.

М а р ф а  П е т р о в н а. А-а. А то я подумала…

В а л я. Что подумали?

М а р ф а  П е т р о в н а. Может, любовь у вас…

В а л я. Нет, он только шутить любит. У меня, говорит, мой шофер вместо невесты. Меня невестой объявил. Все невеста да невеста.

М а р ф а  П е т р о в н а. Я не против, а только не время сейчас в невестах-то сидеть. Сегодня невеста, а завтра вдова. Так женой и не будешь.

В а л я. Так «невеста» — это ж он в шутку.

М а р ф а  П е т р о в н а. Ну, если в шутку. (Пауза.) Сейчас жизнь такая — мало в ней шуток. Ты хоть глазком-то глянула, когда немцы были?

В а л я. Нет, я только голоса слышала. Я шевельнуться боялась.

М а р ф а  П е т р о в н а. По-русски говорил — это с ними Козловский был. Нездешний человек и подлый. Они его из Николаева привезли. А это, я считаю, хорошая примета, что привезли, потому что, значит, подлецов им в каждом городе не хватает. Одних и тех же из города в город возить приходится. (Прислушивается, потом смотрит на стенные часы-ходики.) Ну, вот теперь они кофий пьют. Это ежели уж нагрянут теперь, то, значит, бог попустил! (Не сходя с места, говорит.) Василий?

Молчание.

А Василий?

Валя невольно смотрит на дверь.

М а р ф а  П е т р о в н а. Василий?

Из-за занавески, в дверях соседней комнаты, потягиваясь, показывается  б о р о д а т ы й  м у ж ч и н а.

М о р о з о в. Ой, Марфа Петровна, и вздремнул я крепко.

М а р ф а  П е т р о в н а. Даже немцы не побудили?

М о р о з о в. Нет, на немцев у меня свое чутье, а как вы с девушкой журчать стали, так я опять заснул, — думаю, пускай поговорят. (Жмурясь от света, садится.) Ох, и темно же у тебя в подполье!

В а л я (внимательно всматривается в него и вдруг всплескивает руками). Сергей Иванович!

М о р о з о в. Я вам, товарищ водитель, не Сергей Иванович, а Василий. Ясно?