- А я знаю, кто вы, - заговорила незнакомка. - Муж был прав: в вас есть что-то особенное. Вы сеньорита Ловейра, верно? Впрочем, кто еще мог бы гулять здесь в это время. Я Мария-Лурдес Хименес, жена комиссара Хименеса.
И она пожала мне руку своей беленькой ладошкой.
Честно говоря, я пребывала в изумлении - это жена нашего бульдога?? Которого, как я только что узнала, звали сеньор Хименес. От растерянности я заговорила не сразу.
- Рада с вами познакомиться, сеньора… Хименес. Спасибо, что разрешили мне погулять в вашем саду. Он прекрасен.
- Называйте меня Мари-Лу, так мне привычнее. А, впрочем, как вам удобно. Вы хотите чего-нибудь выпить? Лече меренгаду или холодный кофе?
Я не успевала опомниться. Какой необычный сегодня день. Мне очень хотелось кофе, но разбирало любопытство: что такое лече меренгада? Я о таком никогда не слышала, не попадалось.
В нерешительности я обернулась на своего конвоира - он мирно дремал на ступенечках крыльца. Вот умора.
- А… разве мне можно, вот так свободно пойти с вами?
Мари-Лу взяла меня под руку, и мы сделали несколько шагов.
- Вам можно. Вы же просто по ошибке здесь. Ох, как я пилила мужа, когда он рассказал мне всю эту чудовищную историю. Неужели нельзя было оставить вас дома? Ну пусть даже под охраной, но зачем сажать юную девочку в тюрьму? - она нахмурила тонкие брови и сжала губы. - Он мне клялся, что у него выбора не было. Думаю, это из-за этих богатеев Гонсалесов: они настояли. Вам понравилась паэлья? Это моё фирменное блюдо. Я люблю готовить, всегда думала, что у меня будет большая семья, а вот так получилось, что мы вдвоем - я и муж. Буду рада угостить вас повкуснее…
Сначала я пыталась вставить словечко, чтобы ответить Мари-Лу, но потом поняла, что это невозможно. Она сыпала словами, как семечками - часто и быстро.
Подчинившись хозяйке дома, я просто шла с ней и кивала в такт её словам.
- ... а я ему и говорю: неужели нельзя устроить сеньориту у нас? Свободных комнат полно. Формально она находилась бы в тюрьме, но ей не пришлось бы ночевать в какой-то ужасной камере с вашими пьянчугами и дебоширами. Мы пришли. Вы где хотите расположиться? Здесь, на кухне или в гостиной? Так вот, а он хватается за голову, мол…
- Давайте здесь, на кухне, - каким-то чудом удалось вставить мне ответ на её вопрос.
- Хорошо, - кивнула она мне согласно и стала готовить свой лече меренгаду, двигаясь быстро, словно маленькая белая мышка или мотылёк. - Так вот, сегодня я твердо намерена…
Сеньора Хименес принялась взбивать яичные белки с сахарной пудрой. Рука её при этом мелькала не хуже венчика миксера. Затем она смешала молоко с сахаром и корицей и добавила в них взбитые белки.
Протянув мне высокий стакан, она стала доставать поочередно корзинку лука, морковь, рыбу и масло.
- Сегодня вы ужинаете с нами, - улыбнулась она, потеряв нить своего рассказа. Лично я давно запуталась в том, что она хотела мне поведать.
- Что вы! - охнула я,. - Мне же нельзя, и это совершенно неудобно!
- Бросьте, - махнула она. - Что еще за новости, неудобно. Если вы переживаете, что скажет комиссар, так я вам доложу, что ничего он против не скажет. Может, еще курицу пожарить? Мой Бенито любит курицу, а вы? У меня есть чудный цыпленок.
Я рассмеялась над абсурдностью происходящего. Это было так странно и так мило. На какое-то время я вообще забыла, что сижу в тюрьме.
В этот момент на пороге беленькой по-кукольному уютной кухни показался Серхио, вид у него был взволнованный. Увидев меня, попивающую коктейль, он выдохнул.
- Я так и думал, что вы здесь. Ну что, может пора возвращаться? - спросил, на минуточку, надзиратель у заключенной.
Сеньора Хименес махнула на него полотенцем.
- Иди Серхиньо, иди. Передашь комиссару Хименесу, когда тот вернется, чтобы сразу шел домой. У нас гости. А, на вот, держи чесночную булочку.
Я посмотрела на Серхио, едва сдерживая смех, и пожала плечами, мол, я тут ни при чем.
Наверное, около получаса я слушала болтовню Мари-Лу, наслаждаясь домашней обстановкой. Правда, когда в дверях кухни показалась грузная фигура комиссара, и он зыркнул на меня исподлобья, немного струхнула.
А ну как его милая женушка не в себе, а моё нахождение на его кухне будет приравнено к побегу и мне еще добавят срок?
Однако, ничего страшного не произошло. Сеньор Хименес подошел к жене и ласково поцеловал её в макушку.
- Добрый вечер, сеньорита Ловейра, - поздоровался он сдержанно.