Я стоял у подножия лестницы, прислонившись к каменному парапету. Воздух пропах горьковатым запахом пыли и масла — к выдвижению готовили механические платформы, и в этом было что-то символическое. Город сам собирался двинуться в бой.
— Честно говоря, я бы предпочёл встретить ещё одну тварь, чем этот парад лицемерия, — пробормотал Юрг рядом, поправляя воротник. — Хотя, с другой стороны, тварь хотя бы не делает вид, что уважает тебя.
— Какая философия, — отозвался я. — Может, и ты когда-нибудь напишешь трактат.
— Назову его «Всё дерьмо и немного хуже», — буркнул он.
Марна стояла чуть поодаль, наблюдая за движением людей. Её взгляд был таким, будто она уже мысленно выстраивала цепочку приказов и прогнозировала, кто из нас вернётся в лучшем случае с половиной конечностей.
Я не сразу заметил, что стражник у ворот замер, выпрямившись по стойке смирно.
По главной улице шла делегация другого клана.
Огненные мантии, черные с узором багряных жил, как пепел с языками пламени. На солнце эта процессия смотрелась так, будто полыхал живой костёр.
— Пламенники, — выдохнул я.
Во главе шёл высокий мужчина лет пятидесяти, с длинными рыжими волосами, собранными в косу. Его лицо было сухим и внимательным, взгляд — острым.
— Это магус Химваль, — сказала Марна. — Какого гриба он здесь забыл?
Юрг выпрямил спину.
— В Элуне достаточно Пламенников. Они куют оружие, помогают со строительством и созданием контейнеров для Ноктиума, — пояснил он. — И, думаю, они пришли присоединиться к нам.
Рядом с магусом Химвалем шла посол Трейн, мать Элвины.
— И почему-то мне кажется, что без пафоса не обойдётся, — пробормотала Марна, кивая на приближающуюся процессию. — Нет, так-то они ребята нормальные, но… Со своими заскоками.
— И взрывным характером, — проворчал Юрг. — Во всех смыслах.
Герцогу уже доложили о прибытии делегации, и двери его замка распахнулись. Глава клана вышел приветствовать Пламенников лично.
Магус Химваль поднялся по ступеням, его люди остались ждать у подножия. И хотя это приветствие было ритуалом и формальностью, было в нём что-то завораживающее. Два мира столкнулись — чёрно-багряный огонь и наша серебряная сдержанность.
Химваль остановился, наклонил голову в знак почтения.
— Я Магус Химваль из Дома Пламенников, — сказал он ровным голосом. — Мы прибыли не ради почестей и не ради демонстрации силы.
Герцог Варейн едва заметно кивнул и спустился ровно на одну ступеньку, чтобы стоять вровень с гостем.
— Форт Элун всегда был местом, где трудятся и наши люди. Огненные мастера, кузнецы, инженеры. Они не только строили оборону — они считают это место домом. И мы не бросим наших соклановцнев, какая бы участь им не угрожала. — Химваль слегка развёл руками, и длинные рукава зашевелились, будто языки пламени. — Мы просим разрешения выступить вместе с Лунорождёнными.
Герцог некоторое время молчал. Ветер с площади тронул его плащ и растрепал седеющие пряди.
— Клан Лунорождённых благодарен вам за помощь. Однако вам надлежит помнить, что способности ваших магов могут быть опасны.
— Наши маги проинструктированы и могу держать себя в руках. Мы не забываем, насколько велика мощь Огня. — Химваль едва заметно усмехнулся. — И предпочитаем, чтобы враг тоже не забывал.
Они молчали несколько секунд.
— Мы принимаем помощь Оненного клана, — торжественно сказал Варейн. — Ваша делегация присоединится к экспедиции.
Они пожали руки. Магус спустился к своим людям, и взгляд Герцога упал на посла Трейн. Несколько мгновений она не двигалась. Потом вышла вперёд, чуть наклонив голову.
— Госпожа Трейн, — произнёс Герцог, — вы сочли нужным сопровождать их лично? Не вас ли мне благодарить за то, что привели подмогу?
Посол улыбнулась.