Одна из больших тварей подняла лапу. Я видел, как воронёная броня от лунной бомбы лишь едва треснула.
Герцог сдвинулся ближе.
— Ты с ними? — спросил он меня быстро.
— С ними, — кивнул я. — Защищайте людей, командир.
Тень собралась вокруг меня плотным коконом. Я сделал шаг, позволяя ей впитаться в клинок.
— На счёт три, — сказал я, вскидывая меч. — Один…
Тварь метнулась.
— Два…
Мы оба бросились вперёд.
Вспышки, удары, визг. Тень-Шаль достиг цели, и наконец-то я услышал, как тварь заорала.
Я раз за разом наносил удары в шею и грудь, но каждая рана тут же затягивалась. Дера метнула в тварь клинок Тени — только трещины по коже.
Она опрокинула меня, и мир содрогнулся. В глазах поплыло, когда я услышал, как Элвина кричит моё имя.
— Не смей! — Элвина с яростью ударила тварь в спину.
Этого хватило, чтобы тварь отвлеклась. Я направил Тень вперед, задержать её, а сам бросился на спину твари и вонзил клинок ей в шею, отделяя башку от корпуса.
Меч с треском прорезал броню. Тень рванулась вдоль разлома, и наконец существо начало рассыпаться. Превращалось в пепел на наших глазах…
Я приземлился. Рядом Тарен Сойр добивал вторую тварь — её тело уже крошилось в прах.
Всё стихло.
В зале снова воцарилась тишина. Только дыхание, похожее на хрип.
Я провёл ладонью по лицу, смахивая пепел.
— Ну, — сказал я, — теперь уж точно пора выпить…
Когда последний прах осел, дворец стал похож на развалины храма после осады.
Половина канделябров валялась на мраморе. Порванные штандарты кланов, перемешанные с осколками бокалов, цеплялись за сапоги.
Я привалился к колонне, всё ещё чувствуя запах гари и разложения, что обычно остаётся после тварей. Элвина рядом молчала — лицо у неё было бледным, измазанным в копоти и пепле, но взгляд оставался твёрдым.
Гости начали возвращаться из укрытия. Одни с ужасом озирались, другие выпрямили спины, словно боялись показать, что им было страшно. Те, кто ещё минуту назад шептал молитвы, теперь делали вид, что их это вообще не касалось.
Я видел, как Герцог окинул взглядом зал — долгим, холодным. Он вернул меч в ножны и теперь оценивал масштаб бедствия.
Сейчас начнётся вторая битва. Не с тварями. С теми, кто пришёл сюда ради политики.
— Превосходная демонстрация, — раздался голос одного из Солнцерождённых.
Магистр Лавий Констан шагнул вперёд. На нём не было ни единой пылинки — даже складки мантии лежали идеально. Только лёгкий румянец на скулах говорил, что он пережил ту же атаку, что и все.
— Позвольте выразить признательность за зрелище, — продолжал он, повернувшись к Герцогу. — Но, боюсь, именно подобные… спектакли доказывают, что клан Лунорождённых утратил способность обеспечивать безопасность Альбигора.
С каждым его словом в зале холодало.