Осколки нашей истории: читать начало книги онлайн

Его губы пылают на моих, и лишь изредка мы отрываемся друг от друга, чтобы отдышаться. Тогда дыхание Фила щекочет влажную кожу, чуть остужая ее, но через пару секунд мы снова льнем друг к другу, и все по кругу.

Пока мы целуемся, заканчивается не одна песня, а внутри меня, в моем теле, что-то меняется.

Я тесно сжимаю бедра, потому что низ живота сводит странное ощущение. Тягучее, дразнящее. Умоляющее. Вместе с поцелуями Фила я будто впитываю живой огонь, который выпиваю с его губ. Пламя копится во мне, собирается в растущий клубок, который жалит изнутри. Я целую Фила все яростнее, отчаяннее, в надежде заглушить костер, сжирающий рассудок, но тот становится только ослепительнее, неутолимее.

«Ты знаешь, что это значит», – меж звуков поцелуев различаю голос рассудка и… Открываю глаза.

Сначала я вижу распахнутый ворот рубашки, под которой высоко вздымается смуглая грудь. Я накручиваю на палец распущенную завязку и медленно поднимаю глаза. Взгляд скользит по тонкой шее, поднимается к гладковыбритому подбородку и… О боже… Касается губ, красных от моей помады и поцелуев.

Я думала, что Фила сексуальным делает эта чертова рубашка, но нет ничего горячее, чем следы моей страсти на его коже.

Нет ничего горячее, чем пламя, которое вижу в его глазах. Такое же необузданное и жаркое, как и тот огонь, что заживо испепеляет и меня.

– Молодые люди!

Продавщица так неожиданно и громко стучит по стене примерочной, что мы с Филом вздрагиваем. Я хочу отскочить, но некуда. И так упираюсь спиной в стену! Фил смеется над моей попыткой улизнуть, а я тянусь к его губам, чтобы стереть следы поцелуев.

– Что-нибудь уже подобрали? – спрашивает женщина, и в голосе ее, как несмазанные дверные петли, скрипит скептицизм.

Она прекрасно знает, что мы не одежду тут примеряли…

Осознание этого заставляет кончики ушей вспыхнуть, слова пробкой встают в горле. А вот Фил оказывается куда смелее меня:

– В процессе!

– Может, я могу вам чем-то помочь?

Мне кажется или слышу насмешку в ее голосе?

Но Фил не теряется. Он махом снимает вампирскую рубашку и высовывает ее из примерочной. Зажмуриваюсь, чтобы не пялиться так откровенно, но не сдерживаюсь. Приоткрываю веки и сквозь ресницы любуюсь своим парнем.

– Не могли бы вы принести на размер поменьше?

– Это секонд! Здесь нет других размеров!

– Тогда я примерю другие вещи. – Фил демонстративно взвешивает в руке несколько вешалок, на которых своего часа ждут однотипные рубашки.

Продавщица бурчит под нос что-то про невоспитанную молодежь и уходит. Мы снова остаемся наедине, но вновь окунаться в страсть и головокружительные поцелуи не спешим.

– Почему ты не смотришь на меня?

– Ты без рубашки.

– Ангел… Открой глаза.

Знаю, что он наблюдает. Знаю, что лицо станет еще краснее, когда взгляну на него. Знаю, что сгусток лавы в моем животе все еще обжигает нутро.

Мотаю головой и поджимаю губы, которые готова искусать в кровь от стеснения.

Мне нравится видеть Фила таким, быть ближе к нему. Но я боюсь, что он подумает, когда поймет – его присутствие будит во мне не только нежность, но и страсть.

Он разочаруется? Удивится? Он…

Он берет меня за руку и кладет себе на грудь. Кожа к коже. Я чувствую его жар, его волнение, которые гонят по телу мелкую дрожь.

– Посмотри на меня.

Я подчиняюсь и в награду получаю взгляд, в котором вижу все: покорность, принятие, готовность к чему-то большему и мучительную нежность, от которой на глаза наворачиваются слезы.