В сердце Африки. Незабываемое приключение русских, отправившихся по самым нетуристическим местам Африки и задержанных по подозрению в шпионаже: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Решение о поездке было для нас непростым, особенно для тех из нас, кто собирался в Африку впервые. Британский МИД, создавая рекомендации для граждан своей страны, разукрасил всю карту Чада в красный цвет, который означал: «Поездки категорически не рекомендуются и сопряжены с большим риском для жизни». Единственным желтым пятнышком на красном фоне была Нджамена: «Поездки возможны, но с соблюдением всех мер безопасности и только при большой необходимости». Нужны были смелость и решительность на то, чтобы не прислушаться к этому и быть готовым отправиться туда. Несколько человек отказались, сославшись на сложности с работой и деньгами. Но основной состав нашей кругосветки остался непоколебим в своем желании.

В Яунде мы прилетели впятером: Я, Марина, Дима Батуро, Сергей Зарипов и Виталий Полищук. Эльшан не смог поехать, из-за сдвига в сроках работа не отпустила. А Денис Поляруш так хорошо поиграл в хоккей, что должен был передвигаться ближайшие месяцы исключительно на костылях.

В столице мы запланировали забрать машины, простоявшие добрых полтора года, привести их в полный порядок и своим ходом проехать полторы тысячи километров до Нджамены, куда прилетят остальные участники нашего путешествия по Республике Чад.

Кто поселился в наших машинах в Камеруне

Вопреки опасениям, все наши машинки завелись на удивление быстро. Машину Эльшана пришлось «прикурить», потому как Фрэнсис (хозяин дома, в чьем дворе они были запаркованы) после очередного завода машин забыл снять клемму. Поскольку Эльшана в этот раз нет, за его машину на этом этапе отвечает Дима Батуро.

Разбор авто после полуторагодовалого перерыва превратился в настоящий квест.

– О! Ребята, смотрите, что у меня! – Сергей размахивал каким-то серым плоским предметом.

– Кажется, она засохла…

Проверяя давление колес, он обнаружил высохшую от жары тушку крысы прямо на диске переднего колеса. На этом его крысиные истории закончились, чего не скажешь об остальных машинах.

Больше всего пострадали от грызунов мое авто и машина Эльшана. Сразу же после открытия кунга стало понятно, что все наши надежды на то, что крысы сюда не проникнут, исчезли прямо на глазах. В нос ударил специфический мышино-крысиный запах. Сверху, в ящиках, лежали лохмотья того, что раньше было салфетками, перчатками, картонными упаковками с запчастями. Надгрызенными оказались даже сумки и чемоданы. Разбор пришлось производить в перчатках. Радовало то, что в моей машине не было съестных припасов, все они лежали в походной кухне, устроенной в кунге машины Эльшана. Да, там милые серые создания разгулялись. Несколько дохлых экземпляров было обнаружено прямо в фанерных выдвижных ящиках. Один из отсеков был настолько отмечен крысиными экскрементами, что его решено было выбросить. Там-то, как оказалось, семейство грызунов и квартировало. Одна за другой из ящика стали выпрыгивать и молниеносно разбегаться вокруг пронырливые зверушки с длинными хвостами. Насчитав четыре особи, мы сбились со счета.

– Боже мой! Это вообще что? – Дима с брезгливым видом приподнял тяжелую крышку. В любимом казане Эльшана завелись какие-то тропические муравьи, начисто сожрав упакованный рис, хранившийся внутри. Весь день с раннего утра мы доставали вещи и сортировали в две кучи: «точно на выброс» и «можно спасти». Все надкусанные и поврежденные упаковки с крупами утилизировались без раздумий. А вот тушенка, привезенная в 2019 году из дома, сохранилась очень даже неплохо. Крысам было интересно все. Они надкусали, прогрызли и проделали дырки везде, где только могли. В итоге большая часть продуктов пошла на выброс.

Больше всего я переживал за то, чтобы грызуны не повредили ничего важного в машине. Вспомнилась история, когда мы возвращали авто из Малайзии в контейнере, моя машина долго стояла во Владивостоке. Тогда крысы подъели под капотом много проводов и даже погрызли горловину бачка омывателя. Сейчас я всерьез побаивался подобной проблемы. При первом осмотре под капотом все вроде было в порядке. Явных повреждений не просматривалось.

– Ничего, подождем, время покажет, – подытожил я, понимая, что некоторые дефекты вылезут только после начала эксплуатации. Время вскрыло повреждения гораздо быстрее. При попытке подкачать колеса выяснилось, что мой компрессор прекрасно работает, только вот давления в системе не создает. Включив рацию, я понял, что вынесенные на переднюю панель колонки безмолвствуют. Вскоре обнаружилось, что воздухопровод, проходящий в багажнике, перегрызен, а провода, идущие от тушки рации, расположенной за задним сиденьем, к колонкам, вмонтированным в переднюю панель, тоже повреждены. Урон есть, но он не критичен, ехать можно.

Прийти в нужную форму

– Бонжур, месье![8] – французский язык из уст китайца звучал крайне несуразно. – А мы вас помним! Вы же у нас чинились годик назад! – сияя добродушной улыбкой, добавил житель Поднебесной, неопределенно махнув в сторону зоны ремонта. Улыбаясь, я коротко рассказал нашу историю долгой стоянки в Яунде. Сейчас готовы ехать дальше, но нужно кое-что привести в порядок. Ничего критичного, но это потребует определенного времени и работ.

В этом этапе нашим партнером была компания «Rixx», изготовляющая масла. Всеми правдами и неправдами мне пришлось везти емкости с моторным маслом в Камерун. Предстояла проверка продукта в условиях Сахары.

Долго и упорно пришлось отмывать машины. Для этого мы вытаскивали все вещи из салона и кунга. Мойщики на протяжении нескольких часов усиленно мыли и пылесосили наших железных коней. Во время мойки двигателя я заметил нечто странное под капотом ближе к аккумулятору. Я попросил ребят достать это нечто. Каково же было наше удивление, когда перед нами постепенно образовалась груда… костей. Причем большого животного. Кости были частично разломаны. Немного подумав, мы нашли этому очень разумное объяснение. На стоянке у Фрэнсиса моя машина стояла достаточно близко к собачьей конуре. Хозяин, будучи владельцем кафе, периодически баловал свою большую собаку костями. Крысы не могли терпеть такой социальной несправедливости и попросту воровали эти кости у собаки. Идеальным местом для хранения была выбрана укромная площадочка под капотом моего авто. Туда собака даже при желании не доберется. Часть костей позже была обнаружена на металлической защите коробки авто. Да-а-а… Моя машинка оказалась очень даже удобной для проживания сереньких наглецов. Через пару недель, уже в пустыне, мы обнаружим еще кое-что. При смене салонного фильтра в воздуховоде нашлись тряпки и перчатки, принесенные туда грызунами. Ну и, разумеется, сам салонный фильтр оказался прилично погрызен.

Финальным штрихом была дезинфекция воздушной системы специальными средствами. Все прошло хорошо, впоследствии никаких дрянных дыхательных болезней мы не прихватили. Немного внешнего лоска – меняем старые, выцветшие наклейки на новые, яркие. И вуаля! Наши тачки готовы к новым приключениям!

Путь на север

– Ай-ай… В Чад, значит, едете, – сокрушался Селестин, – помните, это уже не Камерун, там нужно быть очень осторожным. Опасная страна! Ну, давайте, удачи вам! Если будут проблемы – давайте знать. У нас хорошие связи с Чадом.

Мы пожали руки, распрощались с нашим камерунским другом, планируя вернуться на эту же стоянку через месяц.

На дворе было послеобеденное время пятницы. Можно отправляться в путь. Но тут в голове вовремя зазвучал тревожный звоночек: «Мы будем пересекать границу, на всех границах нужен негативный КОВИД-тест. Нам нужно срочно его сделать!» Разумеется, при планировании нашего маршрута это было учтено, но из-за жуткой ремонтной суеты это как-то вылетело из головы. Напрягало то, что сегодня обед пятницы, а выходные в Африке дни абсолютно непригодны для решения вопросов. Терять почти три дня совсем не хотелось, и мы срочно отправились в центр города, туда, где делают тесты.

– Месье, мы уже закрыты. Сегодня работали только до полудня. Приходите в понедельник.

Два молодых санитара смотрели на меня с сожалением. Прибежал непонятный белый человек, просит срочно сделать тест, да еще и напечатать его. Говорит что-то про нескольких человек в группе.

Я же смотрел на парней, лихорадочно соображая, как мне обойти эту проблему. Долго не раздумывая, пришлось ринуться в атаку.

– Ай, господа, какая сложная ситуация! Нам очень нужна ваша помощь, мы готовы заплатить сверх цены за срочный тест, но нам очень-очень надо его сделать. Иначе у нас будет большая проблема.

Услышав про деньги, ребята оживились. Один из них попросил подождать и через пару минут вернулся с медсестрой. Та, внимательно выслушав рассказ, при слове «деньги» тоже заметно оживилась. Сказала, что материал сдается здесь, потом везется в лабораторию, где уже и печатают справку. Возможно, за деньги они смогут это сделать, но результат в лучшем случае будет завтра. И ушла звонить. Парни долго шушукались между собой, потом наконец выдали:

– Месье, на пятерых человек это будет вам стоить триста тысяч франков[9].

После мгновенного пересчета в голове я понял, что ребята не прочь хорошо заработать. Они хотят с нас получить за пять тестов почти шесть сотен долларов. Да, я, конечно, предлагал деньги, но не ожидал, что ребята захотят так много. Ведь обычный тест, со слов Селестина, стоит здесь двадцать долларов. Но отступать было некуда, я утвердительно кивнул. Было видно, что торг неуместен.

Скоро вернулась медсестра с плохой новостью: в лаборатории отключили свет, и когда он появится – неизвестно. Да, нельзя забывать, что это Африка, и здесь это обычное явление. Все выглядело так, что мы не сможем решить проблему оперативно, нам придется тут сидеть, дожидаясь понедельника. Но тут началось самое интересное.

[8] От франц. bonjour, monsieur – добрый день, сэр!

[9] Приблизительно 500 долларов США.