Милашин и Мерич входят.
Явление пятое
Хорьков, Милашин и Мерич.
Мерич. Что нынче здесь за праздник? Дарья такая нарядная; так разрядилась, что смотреть не хочет. Бегает взад и вперед с крахмальными юбками.
Милашин. Гостей ждут.
Мерич. Каких же это гостей?
Милашин. Приедет какой-то чиновник по делу Анны Петровны. Да его, кажется, прочат в женихи Марье Андревне. Это ужасно досадно!
Мерич. Что же вы не женитесь на Марье Андревне?
Милашин. Я-с? По самой простой причине. Нам будет жить нечем: у меня нет состояния, у нее также.
Мерич. А любовь? С милым рай и в шалаше. Мне кажется, что она вас любит.
Милашин. Может быть! Да-с, может быть! Разве вы что-нибудь заметили?
Мерич. Нет, я нарочно, Иван Иваныч, – она вас не любит.
Милашин. Почему же вы так думаете?
Мерич. Я не думаю, а наверное знаю. Она мне сама сказывала.
Милашин. Это странно, что Марья Андревна так говорит. Это обидно даже. Мне, конечно, все равно: любит ли она меня или нет, я на это никакого внимания не обращаю. Я сам к ней совершенно равнодушен. Да зачем говорить? Этим она хочет показать, что я за ней ухаживаю. Нет, уж я предоставлю это другим.
Мерич. И прекрасно! И я бы на вашем месте то же сделал. Однако это жалко, если она выйдет замуж: она такая хорошенькая. Мне всегда жаль, когда хорошенькие девушки замуж выходят. Вам не жаль?
Милашин. Нет, не жаль.
Мерич. Софи Барашкова тоже недавно вышла замуж. Вы ее не знали?
Милашин. Нет, не знал.
Мерич. Мы были очень привязаны друг к другу. Вам я могу признаться, Иван Иваныч, вы, конечно, никому не скажете: она меня очень любила. Вот, посмотрите, какое она мне письмо написала перед свадьбой. (Вынимает.) Хотите прочесть?
Милашин. Зачем же я буду читать чужие письма?
Мерич. Как хотите! (Прячет опять.) Я надеюсь, что вы никому не скажете. Марья Андревна, вероятно, в комнатах, – я пойду к ней! (Уходит.)
Явление шестое
Милашин и Хорьков.
Хорьков. Иван Иваныч!
Милашин. А, вы здесь! Я вас и не заметил.
Хорьков. Что, этот Мерич часто здесь бывает?
Милашин. Прежде редко бывал, а теперь опять стал каждый день ходить.
Хорьков. Это дурно.
Милашин. Да вы представьте мое-то положение: каждый день ходит, черт знает, зачем!