— Боже мой, — вздыхала мать. — Как тебе не стыдно!
Зато отец Руднев был довольно религиозен и по воскресеньям любил ходить в церковь. Особенно на торжественные службы. Потом все церкви позакрывали, и отец недовольно ворчал. А начальник 13-го отдела НКВД стал заводить с отцом диспуты на религиозные темы:
— Отец, а что такое Бог?
Отец пробовал объяснить, но получалось что-то неубедительное.
— Отец, а что такое Сын Божий?
Отец опять путался, а комиссар, как инквизитор, допытывался:
— А почему Евангелие в буквальном переводе означает Благая Весть? Что это за благая весть?
Отец смущенно протирал свое вспотевшее пенсне, а Максим безжалостно продолжал свой допрос:
— А почему Иисуса Христа называют Спасителем?
Потом он, как на экзамене, подсказывал отцу:
— От чего Он спасает? Ну-у?! Ведь в Евангелии описывается, как Иисус Христос лечил людей… Как же это ты, доктор-гинеколог, и не знаешь? Ведь это, так сказать, по твоей специальности… Или ты не читал Евангелие?
Отец чувствовал себя как школьник, а комиссар госбезопасности укоризненно качал головой:
— Как же это ты, человек с университетским образованием, веришь в то, чего ты не знаешь? Ходишь, крестишься, кланяешься — и не знаешь чему?!
Совершенно сбив отца с толку, Максим, как настоящий иезуит, снисходительно говорил:
— С точки зрения диалектического материализма Бог — это свод высших законов природы по отношению к человеку, которые для простоты называют одним словом — Бог. А человека, который эти законы впервые сформулировал, называют Сыном Божиим. — Ученик папы Иннокентия поучительно поднял палец: — Там, где люди не подчиняются этим законам, то есть Богу, там появляется сложный комплекс социальных болезней, которые для простоты, как антитезу Бога, назвали одним словом — дьявол. Учение Христа — Евангелие указывает пути спасения от этих социальных болезней. Потому это учение и называют Благая Весть, а Христа — Спасителем. Ясно?
С тех пор, как только заходил какой-нибудь спор, доктор социальных наук моментально прятался за Библию, уверяя, что в каждой библейской притче есть свой скрытый смысл. Нужно было признать, что Библию он знал назубок и теперь подсмеивался над отцом:
— Ведь в Библии же сказано: имеющие глаза — да не видят, имеющие уши — да не слышат. Вот и ты такой. Но в Библии еще говорится и про ключи познания…
Борис любил конкретизировать:
— А где же эти ключи?
— Где? — усмехнулся комиссар. — Вот в том-то и дело, что эти ключи — в руках у дьявола. И ключи эти — ключи отравленные.
В процессе чистки врагов народа арестовывали по коллективному принципу — пачками. Так, арестуют секретаря райкома партии, а за ним не только его жену и родственников, но и всех его помощников, сотрудников и приятелей. Хотя отец всех партийцев недолюбливал, но, когда их арестовывали, он становился на их сторону и возмущался:
— И за что их только арестовывают?
— А ты, отец, загляни в Библию, — советовал комиссар госбезопасности. — Там есть притча про плевелы. Ты знаешь, что такое плевелы?
— Это сорняки, — отвечал отец.
— Не только сорняки, — поправлял Максим. — Считается, что плевелы — это ядовитая, выродившаяся пшеница. И в Евангелии сказано, что при кончине века будут полоть эти плевелы. Конец века — это конец определенного исторического цикла, где гранью является революция. Ну вот мы и чистим-полем эти самые плевелы.
— Ну а зачем арестовывать всех сотрудников и знакомых? — протестовал отец.
— Потому, что эти плевелы всегда собираются вместе, — отвечал Максим. — Это партия партий и союз союзов. Если один такой попадает наверх, то он насаживает таких же сверху донизу. И секретарша у него будет такая, и все его друзья-приятели. Потому и приходится чистить всех подряд. Ведь в Евангелии так и сказано: «и ввергнут этих сынов лукавого в печь огненную, и будет там плач и скрежет зубовный». Потому Библию и называют книгой книг. Это книга вещая. Или ты думал, что это так — пустые слова? — Ученик папы Иннокентия смиренно опустил глаза. — Я это самому Сталину растолковываю. Его в семинарии учили-учили и ничему не выучили. А я ему все это диалектически доказал. А он мне и говорит: «Ты у мэнэ, Максым, тэпэр красный кардинал». Я у него теперь вроде духовного наставника. Учу его диалектическому христианству.
В конце чистка превращалась в какую-то невидимую гражданскую войну. По всей Стране Советов шли массовые аресты и расстрелы. Весь мир затаил дыхание, следя за невероятными результатами московских процессов.
А красный кардинал Сталина достал где-то старую пластинку Шаляпина и накручивал в своей комнате патефон.
— «Полюбил всей душой я девицу, — пел знаменитый бас. — За нее жизнь готов я отдать…»