– Как вы думаете, к чему это снится, когда оранжевый слон тебя за левое ухо кусает? – спросил учёный.
– Наверное, к дождю, – ответила невпопад тётя Мотя.
– А может быть, к привидениям? – задумчиво спросил профессор.
– К каким привидениям? – не поняла Матильда Самсоновна.
– Да, к любым, – пожал плечами учёный. – К летающим призракам, например, или к светящимся оборотням, а может быть, и к блуждающим огням.
– Ой, какие страсти вы рассказываете! – всплеснула руками хозяйка. – А что, и вправду говорят, будто в нашей деревне снова объявилась какая-то нечистая сила? – спросила буфетчица, надкусывая ароматную булочку с маслом.
– Этого я пока не знаю, – лукаво посмотрев на толстенькую тётю Мотю, сказал профессор. – Но обязательно выясню. Главное, разузнать, где она живёт, эта ваша нечистая сила.
– Ой, да повсюду, – махнула рукой тётя Мотя. – И на старом кладбище её видели, и в старинном замке, а в колодце, говорят, даже водяной сидит.
– Водяные обычно в лесных озёрах живут, – возразил профессор. – А в колодце только колодезный может жить. Но это редкая нечисть.
– Ой, боюсь я всех этих нечистей, – поёжилась тётя Мотя. – Никакой пользы от них, иродов, нет, одни только страхи.
– А чего их бояться? – засмеялся профессор Пыхтелкин. – Они добрые, от них никакого вреда. Почему их боятся, почему от них прячутся?
– Да как же? Вот мне, например, после работы домой очень страшно идти, – призналась Матильда Самсоновна. – Мне мимо кладбища нужно шагать, чтобы домой добраться, ведь я живу на другом конце деревни. А на кладбище, говорят, покойники по могилам шастают и ищут, у кого бы кровушки попить. А ещё я слышала, что там живет хозяин кладбища. Это самый главный покойник – самый старый и самый ужасный. Мне соседка рассказывала, что у него вместо зубов клыки торчат и шерсть на спине растёт.
– Не знаю, про покойников ничего не могу сказать, лично я их ни разу не встречал, – ответил профессор Пыхтелкин. – Но про хозяина кладбища слышал.
– Значит, он может меня сцапать!? – с ужасом в голосе спросила тётя Мотя. – Я страсть как боюсь всей этой нечисти! Однажды со мной произошёл очень неприятный, если не сказать, душераздирающий случай.
– Интересно, что за случай? – откладывая надкусанный пирожок, заинтересовался профессор Пыхтелкин.
– Иду я как-то поздно вечером к себе домой, – начала тётя Мотя. – Решила немного дорогу сократить, чтобы успеть посмотреть сто шестьдесят восьмую серию моего любимого мексиканского сериала. Ну и не пошла длинной дорогой, пошла напрямик, через кладбище.
– Интересно! – подвинулся чуть ближе Семён Семёнович.
– Так вот, иду я через наше козявкинское кладбище и вдруг вижу: какой-то мужчина идёт, – продолжала Матильда Самсоновна. – Я подошла к мужчине и спрашиваю: «Можно мне с вами через кладбище пройти?»
– И что он вам ответил? – заинтересовался профессор Пыхтелкин.
– А он и говорит: «Конечно можно, возьмите меня под руку, я вас провожу», – дрожа от волнения, продолжала рассказ тётя Мотя. – Я ему: «Спасибо большое, что вы меня согласились проводить, а то я покойников очень боюсь». Он на меня как-то странно посмотрел, пожал плечами и отвечает: «А чего нас бояться?»
– И что же вы сделали? – чуть не подавившись пирожком, спросил Семён Семёнович.
– Я в обморок бухнулась, – вытирая стол, пробормотала буфетчица. – А когда очнулась, то его, ну, этого… покойника уже рядом не было. Я только слышала какой-то скрип, будто кто-то дверь несмазанную прикрыл за собой, – пожаловалась Матильда Самсоновна.
– А какой был скрип, вы не припомните? – расспрашивал специалист по нечистой силе у тёти Моти.
– Противный такой: «У-у-у-ы-ы-ы-ы-у-ы-у-у!» – изобразила тётя Мотя.
– Понятно, – ответил профессор Пыхтелкин. – Обычно так закрывается крышка гроба, когда покойники в склепах прячутся. Я ведь изучал все виды скрипа и треска, – похвастался учёный.
– Так значит, это был самый настоящий покойник?! – задрожала и закрыла лицо руками тётя Мотя.
– Возможно, – кивнул Семён Семёнович. – Вы лучше через это кладбище больше не ходите, раз там такие безобразия творятся.
– Ни за что не пойду! – закивала тётя Мотя. – Даже за сто миллионов рублей!