А болтливая гномка исчезла.
Глава 11
— Лёнь, привет, — Острогов с загадочным видом крутил в руках мой жёлтый трофей. — На совещании? Говорить можешь?
— Могу, только быстро, — прозвучал в коммуникаторе голос главы городской стражи. — Планёрку провожу.
— А можешь отложить её? — безопасник посмотрел на меня, затем переключился на монетку. — О рыбалке поговорим. Я тут такую рыбку поймал.
— Какая рыбалка, Миш, ты совсем что ли на старости лет умом тронулся⁈ — взорвался собеседник. — Вздумал в будний день рыбачить. Зараза, весь рабочий настрой сбил. Всё, планёрка окончена! — прозвучало слегка в сторону. — Сергей, отчёты! Если до пятницы не сделаешь, никакого тебе отпуска! И это не шутка!
В трубке послышался шум отодвигаемой мебели, тихое бурчание, женский строгий голос, недовольный ответ главного стражника: «Кать, давай потом доложишь, сейчас нет настроения», — шум смолк, дверь хлопнула и тут же комнату заполнил нетерпеливый полушёпот:
— Говори давай, что там у тебя.
— Слышал, Медведя ищете? — круглешок прыгал по пальцам Острогова.
— Конечно ищем! — подпрыгнул собеседник на той стороне. — Только он на дно залёг, нет его нигде. Боюсь, уехал уже из города.
— Его гоп-компания к нам погостить заглянула и задержалась, — монетка соскользнула и запрыгала по столу, Острогов хлопком ладони остановил её. — Вся четвёрка. Но нам такие гости не нужны, сам понимаешь. Организуешь их переселение?
— С удовольствием, — глава стражи удивлённо хмыкнул. — Как они у вас оказались? И как ты их задержать смог? Хотя, нет, спрашивать не буду, всё равно отмолчишься. Сейчас мои ребята будут.
— Сам тоже приходи, — безопасник поднёс монетку к лампе. — Подарок есть для тебя. Небольшой и круглый.
— Заинтриговал, — весело протянул мужчина. — Выдвигаюсь, конец связи.
— Ну, что, — Михаил Никанорович убрал круглый трофей во внутренний карман. — Гномка ещё была, говоришь? А что хотела?
— Я же говорю, — однообразные вопросы безопасника утомляли, — хотела, чтобы я бумаги подписал, это был договор на передачу интеллектуальных прав.
— И эти бумаги ты себе не оставил, да? — посмотрел мужчина на меня поверх очков.
— Нет, бумаг не оставил, — упрямо повторил я. — Зачем вы повторяете одно и то же? Все бумаги забрала с собой та гномка, Рената Тис. Я только текст могу дать.
— Погоди, про текст ты ничего не говорил, — мужчина нахмурился. — У тебя что, фотографическая память?
— У меня нет фотографической памяти, Михаил Никанорович, — я вздохнул.
Какой же неудобный стул!
— Я просто скопировал текст в кварцитит, пока читал, — похлопал себя по груди, — в библиотеке уже год работаю, вошло в привычку всё в кристалл переносить.
— Видишь, не зря одно и то же спрашиваю, — подмигнул мне повеселевший Острогов и дёрнул пару рычажков. — Мария, солнышко, можешь подняться ко мне с рунописной бумагой? Тебе Тиаретайра занятный текст даст почитать.
— Вам надо, вы и спускайтесь, — отрезала свеженазначенная начальница общего отдела и сердито продолжила. — У меня конец года, Михаил Никанорович! Как я уйду-то! Имейте совесть.
Острогов секунду помолчал и терпеливо выдохнул.
— И правда, что это я, — покладистый безопасник чуть улыбнулся, — сейчас будем.
— Михаил Никанорович, я хотела сказать, что… — и связь прервалась.
— Пошли, Ти, дойдём, дадим им изучить этот договор, — мужчина отпустил рычажок и встал из-за стола. — Не переломимся.
— У меня и без вас есть что почитать, — Мария испуганно посмотрела на Острогова, затем с надеждой на прибежавшую в общий отдел Флору Олеговну и положила передо мной пачку рунописных листов. — На, сколько тебе надо?
— У вас никогда не бывает мало работы, — с улыбкой пробасил безопасник. — Я же не говорю всё бросить и посмотреть. Глянь сегодня по диагонали. Студента хотели заставить подписать эти бумаги, а вдруг договор с подводными камнями какими? Кто их найдёт, кроме вас?