Поезд смерти: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

К тому же для посылки войск с запада союзники просто-напросто не имели возможности, ибо здесь их отделял от России ряд государств, с которыми у них шла война. В свете этих фактов становится понятной и позиция Англии, которая, по свидетельству генерала Гревса, еще в марте 1918 года просила Японию оккупировать Сибирь вплоть до Урала и установить свой контроль над Сибирской железной дорогой.

Наряду с этим пролетариат воюющих стран все более резко выступал против войны вообще и в особенности против посылки войск для борьбы с Советской Россией.

При таких условиях чехословацкие войска, находившиеся в России, являлись наиболее подходящей силой, которую Антанта и решила бросить для удушения Советской республики.

Но прежде чем переходить к рассмотрению событий, связанных с чехословацким выступлением, необходимо познакомиться с историей возникновения корпуса чехословацких войск в России.

До конца 1918 года территория нынешней Чехо-Словакии входила в состав австро-венгерской монархии. Трудящиеся чехи, словаки и другие народности, находившиеся под властью Австро-Венгрии, переносили двойной гнет: гнет и эксплоатацию собственной национальной буржуазии и гнет австро-венгерского империализма.

Тот национальный гнет, который испытывали на себе трудящиеся чехи и словаки, естественно способствовал распространению среди трудящихся националистических идей и ненависти к австро-венгерскому правительству.

Эти идеи в свою очередь поддерживались и чешской буржуазией, которая стремилась нераздельно господствовать над народными массами Чехии, а потому боролась за отделение от Австро-Венгрии и за создание собственного государства. Националистические идеи буржуазией поддерживались еще и потому, что эти идеи отвлекали трудящихся от классовой борьбы против буржуазии.

Будучи под двойным гнетом, широкие массы чехословацких рабочих и мелкой буржуазии связывали борьбу за национальное освобождение с надеждами на осуществление социальных и экономических реформ, которые бы коренным образом улучшили их экономическое положение.

Мировая война вызвала обострение ненависти чехословацких масс к Австро-Венгрии. Этому сильно способствовали и чешские националисты из среды буржуазии и интеллигенции, которые надеялись, что в результате военного разгрома австро-германской коалиции им удастся провозгласить независимость чехословацкого государства. В 1915 году в Париже под руководством чешского националиста профессора Массарика был учрежден чехословацкий Национальный совет, имевший отделения во всех государствах Антанты. В России отделение Национального совета было организовано сначала в Петрограде, а затем в Москве и Киеве.

Мобилизованные в австрийскую армию чехо-словаки, пропитанные националистическими идеями и ненавистью к Австро-Венгрии, были настроены пораженчески и массами переходили в русский плен. Они сдавались в плен целыми взводами, ротами и даже полками. По подсчетам одного журналиста, в русском плену было около 200 тысяч чехословацких солдат.

Во время войны чехословацкая буржуазия, проживавшая в России, обратилась к царскому правительству с ходатайством о разрешении формировать из числа пленных чехословаков специальные чехословацкие легионы.

Царский генерал Романовский в докладной записке военному министру так определял цели формирования чехословацких легионов:

«Идея подобных формирований — это создать в пределах России ядро будущей национальной армии в свободной Чехии и дать возможность этому ядру боевой работой на фронте заслужить на предстоящей мировой конференции всеобщее признание их самоотверженной работе в деле низвержения немецко-мадьярского деспотизма».

Как видим, формирование легионов было прежде всего одним из средств купить у Антанты признание независимость Чехо-Словакии. Оно кроме того избавляло чехословацкую буржуазию, жившую в России, но являвшуюся австрийскими подданными, от репрессий и конфискаций имущества в связи с войной.

В начале 1916 года начальник штаба верховного главнокомандующего генерал Алексеев получил у царя согласие на формирование чехословацких легионов. И уже летом этого года чехословацкую дружину стали развертывать в бригаду.

После Февральской буржуазно-демократической революции формирование чехословацких войск продолжалось. Принятое Временным правительством положение о формировании чехословацких войск передало «Союзу чехословацких обществ» право набора добровольцев. Однако и Временное правительство по примеру царского оставило в чехословацких частях язык делопроизводства русский. Временное правительство явно боялось дать «дурной пример» угнетенным народам России, и поэтому старший командный состав в чехословацких войсках должен был быть русского происхождения, точно так же, как все хозяйственные должности (казначеи, начальники хозяйственной части и т. д.) непременно замещались русскими офицерами.

Несмотря на противодействие русских промышленников и помещиков, лишившихся в лице пленных чехо-словаков дешевой рабочей силы, чехословацкие легионы быстро увеличивались, и к концу мая 1917 года в ряды чехословацких частей было навербовано 26 тысяч солдат и около 300 офицеров.

В начале июня 1917 года бывший в то время главковерхом генерал Духонин распорядился «довести существующую чехословацкую бригаду, уже зарекомендовавшую себя блестящей боевой работой, до штата 4-полковой стрелковой дивизии, с соответствующей артиллерией и инженерными средствами и с развертыванием ее 4-ротного запасного батальона в 8-ротный и на этом ограничить в будущем развертывание чехословацких частей».

Во время известного июньского наступления, предпринятого Керенским, чехословацкие войска одержали значительную победу у Зборова, за что Керенский разрешил формирование второй чехословацкой дивизии.

К моменту Великой пролетарской революции из чехословаков был сформирован целый корпус, численностью более 40 тысяч человек, который находился на Украине. Когда немецкая армия начала оккупацию Украины, чехословацкий корпус перешел на территорию РСФСР.

То, что чехословацкие части формировались буржуазией и руководство этими частями было в руках реакционного офицерства — русского и чешского, не могло не отразиться и на интересах рядовых легионеров. Чешское офицерство вело среди солдат усиленную контрреволюционную агитацию. Эта антисоветская работа особо настойчиво велась русскими офицерами и другими элементами, кто имел основание ненавидеть советскую власть. К слову сказать, таких элементов в чехословацком корпусе уже к маю 1918 года, т. е. к моменту выступления, насчитывалось очень большое количество — до 20 процентов его состава. Чехословацкое командование очень радушно принимало в свои ряды русское реакционное офицерство.

В результате этой усиленной вербовки реакционного офицерства на каждые 16 солдат в рядах чехословацкого Корпуса приходился один офицер.

Вместе с тем в этих войсках господствовала прежняя царская дисциплина.

Контрреволюционная обработка рядовых солдат чехословацкого корпуса особенно усилилась с марта 1918 года, после заключения Советской Россией брестского мира. Антанта и чехословацкие лидеры окончательно сторговались относительно выступления в России, уже был выработан конкретный план захвата Сибирской железнодорожной магистрали.

Среди легионеров усиленно раздували сплетню о том, что якобы советское правительство собирается выдать Австрии всех легионеров. Если мы вспомним, что чехословацкие части состояли в большинстве из чехословацких патриотов, ненавидевших Австрию и добровольно перешедших из австрийской армии в русский плен, то станет понятно, что контрреволюционные агитаторы избрали весьма уязвимое место: ведь в Австрии чехословацким легионерам грозил военно-полевой суд и смертная казнь.

Позже, в связи с высадкой японского десанта во Владивостоке, советское правительство предложило чехословацким эшелонам изменить маршрут и ехать не через Владивосток, а через Архангельск.

Этот факт был также использован для контрреволюционной агитации. Легионерам говорили, что изменение маршрута вызвано тайным соглашением советского правительства с Германией с целью потопления чехословацких войск германскими подводными лодками в Северном полярном море.

Антанта поставила чехословацкое выступление против Советской России условием признания независимости чехословацкого государства после разгрома австро-германской коалиции.

Это положение подтверждает следующая прокламация Национального совета, опубликованная в Самаре 9 сентября 1918 года.

«Сибирская секция чехословацкого Национального совета уведомляет всех соотечественников на фронте, что она только что получила телеграмму, дающую текст переговоров, происходивших между командиром владивостокских сил генералом Дитерихсом и командиром чехо-словаков полковником Гайдой. Профессор Массарик санкционировал нашу деятельность, в Сибири и России, и союзники ныне согласились признать Чехословацкий Национальный совет законным правительством Чехословацкой республики».