Во-первых, глазами. Они у меня необыкновенно красивого янтарного цвета, больше 20 миллиметров в диаметре. И, заметь, я никогда не прищуриваюсь – пусть все всегда видят эту красоту моих огромных очей.
Во-вторых, я вижу усами. Ночью они всегда направлены вперёд. Мои усы-антенны улавливают даже малейшие колебания воздуха.
А как я кричу! Моё рычание слышно аж за восемь километров. Может быть, ты думаешь, что я кричу просто так, как какая-нибудь кошка? О нет! Мой рёв имеет смысл! Я всегда могу понять: мужчина-лев кричит или женщина, предупреждают меня об опасности или грозят, много львов подаёт мне сигналы или мало. Вот какого ума я зверь!
Если бы я бежал по твоему городу, меня бы полиция остановила. Потому что в городах разрешённая скорость – 60 километров в час, а я развиваю до 80!
Вот ты сейчас книжку-то отложи да попробуй с места прыгнуть. Трудно? А я могу до трёх метров. Это если в высоту прыжок. А если в длину – на целых 12!
Я долго пытался отыскать какое-нибудь достоинство, которым бы я не обладал. Не вышло! С одной стороны, я такой прыгучий, шустрый, а с другой – очень терпеливый. На охоте я могу простоять неподвижно несколько часов, наблюдая за своей жертвой. Ну не молодец?
Вот так, бывало, попрыгаешь, побегаешь да и устанешь. И тогда я могу запросто забраться на дерево – отдохнуть. Или, к примеру, неохота мне со стадом африканских буйволов связываться – я тоже могу на дерево залезть: переждать, пока эти безумцы пробегут.
Некоторые недалёкие люди считают, что львы, как и все кошачьи, боятся воды. Глупости и поклёп! Просто не везде, где мы обитаем, есть вода. Но поплескаться в водичке – это я всегда с удовольствием.
Водичку попить люблю. Но ежели нет её – запросто могу не пить месяцами. Выносливый очень. Разве дикий арбузик съешь – и хорошо!
Мои сородичи живут на севере Ботсваны – там воды, хоть залейся. И опять же, недалёкие люди интересуются: неужто львы могут тут жить? Да легко! Даже во время сезона дождей.
Знаешь, что такое сезон дождей? Это когда на небе прорывает все трубы и дождь хлещет не переставая. Что нам, львам, делать в такой мокрой ситуации? А мы вот плаваем от острова к острову и чудесно себя чувствуем.
Потому что не придумано таких препятствий, которые могли бы остановить царя зверей!
Мы, львы – охотники: такова жизнь. Но я предпочитаю, чтобы охотились дамы: не царское это дело – по саванне носиться за зебрами или антилопами. Хотя если зверь крупный, могу и сам поучаствовать.
Охотимся мы, как правило, вместе, коллективом, так сказать. Так проще жертву победить. У нас, у львов, всё по уму.
Пируем тоже по правилам: последними к еде допускаются львята. Но я всегда слежу, чтобы им обязательно кусок пожирней достался.
Аппетит у меня хороший, не жалуюсь. За один раз могу съесть до 30 килограммов мяса. Но это – если имеется. А так хватает семи килограммов в день, а даме-львице и того меньше – около пяти. После приёма пищи – непременно отдых: несколько часов.
Другие кошачьи, гепарды там, леопарды, нас, царей зверей, боятся. И если мы у них добычу отнимаем – не спорят, понимая: себе дороже.
Если честно говорить, больше всего на свете я люблю спать. Найдёшь, бывало, дерево хорошее, залезешь, ляжешь на ветку в тенёк и дремлешь… 20 часов в сутки. Очень хорошо!
У нас, у львов, порядок обязательно должен быть. Во всём. Поэтому каждый прайд (и снова спрошу: помнишь ли, что за слово такое?) имеет свою территорию.
Вот у твоих родителей квартира есть? Хорошо. Это их территория. А у нас – своя. У вас, у людей, разные квартиры, некоторые и вообще в своих домах живут. Вот и мы так же. Наши территории по размеру разные: от 20 до 400 квадратных километров.
От чего зависит? От дичи. Надо, чтобы такая была территория, чтобы на ней всегда можно было найти что поесть.
От дичи же зависит и то, сколько у нас соседей. Иногда 12 моих сородичей на ста квадратных километрах обитают.
Вспоминаю я своё детство: хорошее было время! Мама рассказывала, что ждала меня сто десять дней. А потом она временно ушла из прайда, нашла тенистое место, и там появились на свет брат, сестра и я. Трое нас. А вообще у львицы может быть от одного до шести львят.
Был я крошечный – весил чуть больше килограмма. На одиннадцатый день, как положено, открыл глаза, а уже на пятнадцатый начал ходить! Причём сразу твёрдо.
Семь месяцев я с удовольствием пил мамино молоко, а потом перешёл на мясо – надо было быстрее расти, набираться своих богатырских сил!