Больше чем смерть: Сад времени. Неадертальская планета. На белой полосе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Надеюсь, что это послание благополучно дойдет до Вас,

Ваш любящий племянник Родни».

Августус Фиппс был поглощен сочинением любовного послания своей наполовину китайской, наполовину португальской девушке. Над его койкой висело ее игриво посматривающее изображение. Фиппс очень часто обращался к нему, — пока писал:

«А Чи, любимая, эта бесстрашная старая телега сейчас движется по направлению к Макао. Мое же сердце, ты знаешь, стремится постоянно (в самом что ни на есть прямом смысле) в это светлое место, пока ты проводишь там каникулы. Какое блаженство думать, что скоро мы будем совсем вместе, не только в мыслях. Надеюсь, что путешествие принесет нам славу и деньги. И все потому, что в этом закоулке галактики мы отыскали весьма странную форму жизни, и два могучих экземпляра сейчас с нами находятся на корабле. Когда я думаю о тебе, такой стройной, милой, исключительной, меня удивляет, зачем нам нужны на одной планете такие грязные и страшные звери — наука требует жертв!

И — о чудо из чудес! — похоже, что они к тому же обладают разумом, во всяком случае, мой шеф в этом уверен. И сейчас мы заняты тем, что пытаемся с ними говорить. Ну не смейся, пожалуйста, ведь я помню, какая ты насмешница. Как долго я мог бы говорить с тобой, моя милая и страстная, и, конечно, не только говорить! Ты должна позволить мне (две страницы опущены. — Ред.).

До встречи — когда мы опять сможем заниматься подобными вещами,

Твой преданный, преклоняющийся, пылающий страстью, Августус».

Тем временем в кубрике «Марпестоупса» Квилтер тоже совершал героические усилия, решая проблему общения со своей девушкой:

«Привет, мой сладкий!

Сейчас, когда пишу тебе это письмо, световые волны со всей скоростью, на какую только способны, несут меня в Додж Сити. Правда, сейчас здесь со мной капитан и ребята, но я уж избавлюсь от них, прежде чем очутиться на 1477 Рэйнбоу.

Несмотря на бравый вид, у твоего парня очень кисло здесь на душе. Эти звери — риномэны, о которых я тебе говорил, — самые грязные существа, которых я когда-либо видел, их невозможно описать. Думаю, из-за того, что я тебе нравлюсь, я всегда гордился тем, что выгляжу совершенно современным и аккуратным, но эти животные — они хуже, чем звери.

Это привело меня к решению покончить с Исследовательским корпусом. По окончании этого полета все бросаю и перехожу в Космический корпус. Там можно выдвинуться. Доказательство — наш капитан Баргероун: появился неизвестно откуда. Его отец — всего лишь какой-то завхоз в жилом доме где-то под Амстердамом. Что ж, это — демократия, думаю, есть смысл и мне попробовать: а вдруг тоже стану капитаном! Почему бы и нет?

Похоже, что все здесь написанное относится только ко мне. Когда вернусь домой, мой сладкий, я все время буду поглощен только тобой.

Твой преданный Хэнк».

В своей каюте на В-палубе главный исследователь Брюс Эйнсон писал очень серьезное письмо жене:

«Моя дражайшая Энид, как я молю Бога, чтобы поскорее кончились все твои неприятности с Альмером. Ты все сделала для этого мальчика, никогда не упрекай себя на этот счет. Это наш крест. И лишь небеса знают, что с ним будет. Я боюсь, что его мысли настолько же грязны, как и его привычки. Моя вина в том, что мне приходится отсутствовать так подолгу, особенно когда наш сын — причина стольких проблем. Утешение в том, что это путешествие оказалось весьма плодотворным. Под моим контролем двое живых существ были доставлены на борт нашего корабля. Мы их называем ВЗП.

Ты куда как больше удивишься, когда узнаешь, что, несмотря на свою странную внешность и привычки, эти создания обладают интеллектом. И, что более того, они принадлежат к расе, путешествующей в космосе. Мы подобрали космический корабль, который, без сомнения, имеет к ним отношение. Хотя они ли управляют им — это еще вопрос. Сейчас я занят тем, что пытаюсь наладить с ним общение, но пока, к сожалению, безуспешно.

Я постараюсь описать тебе этих ВЗП. Команда называет их риномэнами. И пока не пришло на ум ничего лучше — пусть будет так. Риномэны ходят на шести конечностях, каждая из которых заканчивается очень ловкой, широко раздвинутой кистью с шестью пальцами, крайние из которых направлены в противоположные стороны и очень похожи на наши большие. Когда руки им не нужны, они втягивают их в туловище, как черепаха свои ноги, и они становятся совершенно незаметны.

Со втянутыми конечностями риномэны симметричны и по форме напоминают соединенные вместе две дольки апельсина. Одно плавное закругление представляет собой их позвоночник, другое, более крутое, — живот, а еще два отдельных — две головы. Да, да, у наших пленников по две головы. Они заострены кверху и посажены прямо на плечи — никакого намека на шею, хотя могут вращаться во все стороны. На каждой голове — по два маленьких темных глаза с нижним веком, которое поднимается вверх, когда они спят. Под глазами — две одинаковые трубки — сопла: одна — рот, другая — анальное отверстие. На теле у них расположено еще несколько трубок, возможно, это дыхательные горла. Экзобиологи сейчас производят вскрытие нескольких трупов, которые находятся у нас на борту. Когда я получу их отчет, многое прояснится.

Наши подопечные издают звуки очень широкого диапазона. Они начинают со свиста и крика, которые переходят в хрюканье и шлепающие звуки. Боюсь, что все это выдают их горла, и некоторые „слова“ выше воспринимаемых человеческим ухом. Мы не можем пока понять ни одного из наших подопечных, хотя речь автоматически записывается на пленку. Но я уверен, что это только следствие шока, полученного ими при пленении, и на Земле, имея в распоряжении больше времени и более подходящие санитарные условия, мы обязательно добьемся каких-либо положительных результатов. Как всегда, эти длительные путешествия ужасно утомительны. Я стараюсь избегать капитана, как могу. Он очень неприятный человек, каждый жест которого напоминает вам о законченной им привилегированной школе и Кембридже. Я полностью посвятил себя нашим ВЗП. Несмотря на все свои неприятности и неприятные привычки, они в какой-то степени восполняют недостаток человеческого общения.

Когда вернусь, у нас будет много о чем поговорить.

Все время думающий о тебе твой муж

Брюс».

Внизу, в главном грузовом отсеке, не обремененные составлением различного рода посланий чернорабочие разбирали по винтикам корабль ВЗП. Ко всеобщему удивлению, он оказался сделанным из дерева породы неимоверной твердости и упругости, такой же прочной, как сталь, дерева, которое внутри было в виде стручка и в котором произрастали различной формы ветки, похожие на рога. На ветках росли какие-то низшие паразитические растения. Одним из триумфов группы специалистов-ботаников стало открытие того, что эти паразиты были не листвой веток рогов, а самостоятельно произрастали на них. Они также обнаружили, что паразиты выполняют функцию поглотителя диоксида углерода из воздуха и перерабатывают его в кислород. Они счистили кусочки паразитов с веток и попытались вырастить их в более благоприятных условиях — растения гибли. После ста тридцати четырех попыток они по-прежнему умирали. Но ботаники славятся своим упрямством. Внутренности корабля были завалены кучами некоей плотной субстанции, состоявшей преимущественно из грязи и экскрементов. Ни одному здравомыслящему человеку при сравнении этой грязной деревянной утлой лодчонки со сверкающе-чистым «Мариестоупсом» не придет в голову, что оба эти предмета — летающие аппараты, созданные для одной цели. Естественно, что многие члены команды, особенно те, кто чаще кичился своим здравомыслием, отказывались признавать это странное сооружение чем-либо иным, кроме консервной банки.

Девяносто восемь процентов смеха угасло после следующей находки — двигателя. Это был очень странный искаженной формы предмет, размерами не превышающий риномэна. Он оказался вмонтирован в деревянное дно без каких-либо видимых креплений. Сделан он был из вещества, чем-то напоминавшего фарфор. Двигающихся частей не было. И когда двигатель наконец высверлили из днища и понесли в инженерную лабораторию, за ним шел хнычущий керамист, томимый дикими предчувствиями.

Следующим открытием стали большие орехи, которые крепились к верхушке крыши с прочностью, не одолимой самыми лучшими огнерезами. В конце концов большинство решило, что это и впрямь орехи, и, благодаря волокнистой кожуре, отнесло их к плодам кокосовой пальмы. Но когда установили, что балки, спускавшиеся вниз от орехов, которые ранее определялись как подпорки, соединены с двигателем, несколько мудрецов заявили, что орехи это топливные баки.

Следующее открытие на время положило конец дальнейшим исследованиям. Один работник, разгребая кучу грязи, нашел в ней погребенного ВЗП Вся команда собралась и начала весьма эмоционально обсуждать это событие.

— Долго еще мы собираемся заниматься этим, ребята? — кричал стюард Джингер Дуффилд, вскочив на ящик с инструментами и демонстрируя всем свои белые зубы и черные кулаки. — Это корабль компании, а не корпусной, и мы не должны мириться с тем, что нам навязывают. В Правилах ничего не написано о том, что мы должны чистить чьи-то могилы или тому подобное. Я не возьму больше в руки инструмент, пока не получу надбавки, и призываю всех вас присоединиться ко мне.

Его слова нашли отклик в толпе:

— Да, заставим компанию заплатить!