– Что? – спросил он.
Подумал, что сумасшедшая девочка опять говорит ему что-то странное. Уйти бы от нее поскорее, но она протянула ладонь и повторила:
– Тоня.
Потом спросила:
– Тебе босиком не больно? Тебя как зовут?
– Артем.
– А я Тоня… тьфу, да я ведь уже сказала.
Она опустила протянутую руку, кисть безвольно поникла, как мертвая рыба, брошенная на сушу. Артему вспомнились слова соседок, и ему вдруг стало ее жаль. Он схватил поникшую руку, потряс, неловко отпустил.
– Приятно познакомиться. Ну, я пошел, ладно?
Отвязаться бы скорее, но чтобы не обидеть.
– Так ты не ко мне подошел сейчас? – искренне удивилась Тоня.
– Я к реке…
– О, правда? Я как раз туда хотела. Пойдем вместе?
Артем вскинул голову, встретился с ней глазами, замер. А потом быстрым шагом рванул влево, мимо дачек, заборов – в лес. Камни озверело ввинчивались в кожу, но он не останавливался, пока та странная дачка и та больная дочка не скрылись из вида. Пожалуй, она теперь всегда будет к нему цепляться, раз он с ней заговорил.
Артем ступил на нежную июньскую траву, влажную от росы, и зажмурился от солнца. Трава приятно холодила ушибленные ступни. Солнце уже начало припекать, и Артем снял ветровку, повесил на локоть.
Пожалуй, она красивая. У них в школе Тоня могла бы стать одной из тех девчонок, на которых все оглядываются. Если бы она была нормальной.
Артем побродил по тропинкам, с досадой думая, что в такую жару лучше сидеть в реке, а не бродить в душном лесу, потом повернул домой. И заметил одну из троп, почти заросшую крапивой и чертополохом, ведущую в другую сторону.
«Как раз к реке она и ведет, – догадался он. – Вечером проверю».
Этим летом Артем решил больше купаться, чтобы нормально держаться на воде. В округе почти нет сверстников, так что учиться будет не стыдно. Пока же он плавал только у берега.
Перед калиткой Артем воровато оглянулся: нет ли той сумасшедшей? И юркнул внутрь.
Мама сражалась со шлангом, он извивался бешеным ужом и плескался во все стороны.
– Выдерни штепсель! – крикнула она. – Там, в бане!
Артем забежал в баню, дернул за провод. Вышел – мама стояла вся мокрая с ног до головы и смеялась. Он даже позавидовал.
– На, – она протянула шланг, – здесь дыра, починишь? Изолента в доме, на тумбочке в прихожей.
Артем сходил за изолентой, взялся перематывать.
– Мам, а я не могу один пожить, в городе?
– Нет, – мама выжимала волосы и отряхивала с рук воду.
– Ну ты чего, мне четырнадцать!
– Тема, а где ты будешь жить, интересно? Квартиру отцу дали, но там только начали делать ремонт. А снимать жилье в городе слишком накладно. Да и зачем тебе, ты этот город все равно не знаешь.
– Вот и узнал бы! – буркнул Артем.