Ему придется придумывать что-то каждый раз, чтобы увести ее от компьютера в нужный момент? Да эта задачка посложнее многих, и она проста только на первый взгляд. Нужно быть и стратегом, и наблюдателем, и психологом.
Он уже стоял на месте, когда в раковине полилась вода; затем вышла Хелена, погасила в уборной свет. Выглядела она все еще нерешительной, привычно-уставшей.
– Что-то с пузом, – пояснила ему зачем-то. После добавила: – Мы разберемся с твоими возможностями сидеть позже, пока постоишь. Мне надо поработать.
Его опять отключат.
Требовалось вновь переключить тему, создать новый поворот:
– Я могу тебя чем-то порадовать?
Растерянный взгляд напротив. Взгляд человека, которого очень давно об этом не спрашивали, который от радости попросту отвык. И теперь не верил в благие намерения вопрошающего, не пускал свет, летящий от солнца, на свою орбиту.
– Чем… например?
– Могу я приготовить обед?
Рот Хелены приоткрывался и закрывался – она искала ответ. И боролась с собой.
– Я не люблю шум в квартире. Он меня отвлекает, мешает…
– Я буду действовать очень тихо. Ведь ты меня купила, чтобы я был.
«А не пыль собирал, как вешалка»
К тому же ему просто хотелось подвигаться.
– Я закрою обе двери. Шума не будет.
Она мысленно уламывала себя тоже – купила не для того, чтобы он стоял, надо попробовать притереться к соседу. Хотя бы попробовать.
– Хорошо.
– Пожелания?
– Что угодно. На твой выбор. Продукты в холодильнике.
– Я найду.
Она нерешительно кивнула, ушла в кабинет – экран монитора к тому времени погас, система запаролилась. Дверь за Хеленой закрылась.
Лже-робот направился в кухню.
День первый – думал Ллен, ощущая, как опускается собственное настроение. Во что он ввязался? В вечное стояние у стены с закрытыми глазами? Сколько суток ему стоять? А как спать по ночам? Придется делать её сон глубоким, пробуждать после себя, ложиться на полу, после лежанку убирать.
Конечно, куда проще было её просто связать и стать собой. Или же сделать ментальным инвалидом, временно влюбить в себя, заглушить логику и рационализм, внимание, память. Заставить её позволять ему все, притупить способность анализировать.
Но Ллену последний вариант не нравился – играть с чужим мозгом можно, но не потому, что ты мудак, и тебе так удобнее. Чувства есть чувства, и они всегда настоящие. К тому же Хелена и так переполнена неким внутренним стрессом и напичкана касательно мужиков негативными убеждениями. Хорош он будет, если жестко использует её, как куклу.
А что насчет еды? Телевизор на кухне имелся, но Эйдан не стал его включать, пытаться найти кулинарный канал. Того могло попросту не быть – он потратит время, создаст шум. Дома приходилось готовить часто – он не любил рестораны и доставки, кулинаром был не шедевральным, но съедобные и даже вкусные вещи создавать умел. К тому же пока имел возможность двигаться.
«Не зря Дрейк выдал кольцо – старый засранец. Все видел наперед».
В шкафу нашлись макароны, в холодильнике вяленые томаты, мясо в вакуумной упаковке, сливки для соуса. И даже приправы в небольшом ассортименте – пойдет.
Ллен принялся «колдовать». Плиту включить, в сковороду масло, порезать лук. Периодически фыркал, вспоминая, как его недавно «пощупали» – вот же негодницы. Интересно, когда Хелена решить повторить попытку подержать его за яйца, как Виктория? И он не конь, нормальный отличный размер…
Макароны сварит быстро, мясо потушит тоже. Себе наложит первому, поест при закрытых дверях – не сразу же кольцо крутить, как только проголодался. Хелена не узнает, сколько еды было приготовлено, исчезла ли часть.