Пакт Молотова–Риббентропа – детонатор мировой войны или шаг к Победе 1945 г.?: читать начало книги онлайн

Млечин: «Этих 14–15 суток у нас не было, потому что 22 июня немецкие войска сразу хлынули на нашу территорию. Поляки сопротивлялись немцам три недели – вот эти три недели могли бы нас спасти»[2].

Замечу, что оппонентом на «Суде времени», обвиняющим Млечина, выступил талантливый политик, отличный полемист Сергей Ервандович Кургинян. Увы, позиция Кургиняна на передаче мне показалась малоубедительной. И дело не в способностях Сергея Ервандовича, а в том, что он высказывался в рамках официальной советской истории, утвержденной соответствующим отделом ЦК КПСС.

Чтобы защитить от лживых обвинений свою страну, своих руководителей, своих отцов и дедов, давших нам Великую Победу 1945 г. (мой отец в 1941 г. был ранен под Москвой), надо просто сказать правду без идеологических пристрастий и политкорректности.

Ну а поскольку Сванидзе, Млечин и Ко обелили Англию и Францию за Версальский договор, поносят СССР и даже объявили Ленина идеологом Второй мировой войны, нам придется начать с 1914 г.

Глава 1. Дорога к Первой мировой войне

Зачинщиком и организатором двух мировых войн ХХ века была Англия. Ни одна великая война не началась бы без воли британского правящего класса. Разумеется, непосредственными поджигателями в 1914 и 1939 гг. оказались другие. Кто? Об этом мы узнаем позже.

По крайней мере, с XVII века британское правительство постоянно провоцировало военные конфликты в Европе, стремясь не допустить существенного усиления какой-либо европейской державы.

«У Англии нет ни постоянных врагов, ни постоянных союзников, у нее есть только постоянные интересы». Эту фразу приписывают сразу нескольким британским премьер-министрам.

Цель Лондона – обеспечить себе мировое господство. Главными инструментами для достижения этой цели была дипломатия, постоянно вызывавшая вооруженные конфликты в Европе и по всему миру, а также военный флот.

Еще в конце XVIII века в британском Адмиралтействе был введен «Two power standard», означавший, что английский флот должен быть сильнее двух вместе взятых крупнейших флотов мира.

Во второй половине XIX века Англия постоянно шантажировала Францию и Россию своим флотом. С 1856 по 1900 г. не менее пяти раз формировалась так называемая Балтийская эскадра, задачей которой должно было стать уничтожение Кронштадта и Петербурга. Ну а в России расчехляли пушки во всех береговых крепостях, буквально от Кронштадта до Владивостока, а на британские коммуникации выходили русские крейсера и броненосцы.

Лондону было дело до всех, даже небольших изменений границ или зоны влияния по всему миру. Любая французская колониальная экспедиция в Африке или Азии, русская экспедиция на Памир или на Тибет, контрудар туркестанского генерал-губернатора по разбойничьим кочевым племенам – и всегда грозный окрик из Лондона и угроза войной.

В 1893 г. император Александр III заключил союз с Францией. Современные историки трактуют его исключительно как антигерманский. На самом деле это был союз против Германии и Англии! 1 октября 1893 г. в главную французскую средиземноморскую базу Тулон прибыла русская эскадра контр-адмирала Ф.К. Авелана.

Опять же, никто из историков не заинтересовался вопросом, а почему куда-то на Средиземное море, а не в Брест или Кале – погрозить кайзеру бронированным кулаком. Да и господам офицерам из Кале до Парижа быстрей сгонять, чем из Марселя.

Заключение русско-французского союза и визит русской эскадры в Тулон вызвали в Англии бурю негодования. В британской прессе сразу же раздались вопли о неспособности Англии контролировать ситуацию в Средиземноморье. Так, журналист Филипп Коломб писал: «Теперь мы почти изжили представление о том, что “первый удар” будет нанесен непосредственно по нашим берегам, и отчетливо осознали, что идеальный “первый удар” Франция при большем или меньшем содействии России нанесет нашему ослабленному флоту на Средиземном море».

В Лондоне понимали опасность русско-французского союза, но прозорливо осознавали, что главной угрозой для «владычицы морей» через 15–20 лет станет Германская империя.

На мой взгляд, действия британского кабинета в 1894–1914 гг. являются непревзойденным шедевром дипломатической борьбы. Судите сами.

Летом 1898 г. французская экспедиция майора Маршана (128 чел.) занимает суданский город Фашод в среднем течении Нила (ниже Хартума).

19 сентября 1898 г. к Фашоду по Нилу подходит целая флотилия пароходов с британскими войсками генерала Китченера.

Китченер предъявил ультиматум Маршану – покинуть Фашод, или будет война. Россия должным образом не поддержала Францию, и та была вынуждена капитулировать перед англичанами и уступить им весь бассейн Белого Нила. В декабре 1898 г. французы покинули Фашод. Две пушки и стрелковое вооружение Маршан подарил эфиопскому императору.

Причину упорства англичан в Фашодском кризисе зарубежные и отечественные историки видят исключительно в важности для Британской империи бассейна Белого Нила, британских планов постройки трансафриканской железной дороги от Египта до Южной Африки и т. д.

Между тем Лондон, унижая Францию, преследовал и другую цель – «опустив» страну-соперницу, сделать позже ее послушной союзницей.

Добившись своего, британское правительство решило угостить пряничком своего поверженного врага. В феврале 1899 г. оно начало с Францией те самые переговоры, в которых отказывало ей до капитуляции. И уже 21 марта между Англией и Францией было достигнуто соглашение. Их африканские владения были разграничены. Франция окончательно ушла из бассейна Нила, но получила взамен небольшие компенсации, в которых до капитуляции в борьбе за Нил Англия ей отказывала. Граница между французскими и английскими владениями в Африке проходила в основном по водоразделу между бассейнами озера Чад и реки Конго, с одной стороны, и бассейном Нила – с другой. За отказ от Нила Франция получала большие территории в Судане к западу от Дарфура. Захват этой территории позволил ей соединить свои владения в Северной и Западной Африке с центральноафриканскими колониями.

Так было положено начало сближения Англии и Франции. В конце концов они договорились о претензиях на Египет, Марокко, Сиам, Мадагаскар, острова Новые Гибриды и районы Экваториальной Африки. А 8 апреля 1904 г. Лондон и Париж подписали документ «о сердечном соглашении», то есть Антанте.

А чтобы заставить воевать с Германией Россию, Лондону потребовалось устроить… Русско-японскую войну.

В Лондоне 18 (30) января 1902 г. британский министр иностранных дел Ленсдаун и посол Японии Хаяси подписали союзный договор. В первой его статье обе стороны признавали друг за другом право на охрану в Китае и Корее своих интересов, «если им будут угрожать либо агрессивные действия какой-либо другой державы, либо беспорядки, возникшие в Китае или Корее, и потребуется интервенция какой-либо из договаривающихся сторон для защиты жизни и собственности ее подданных»[3].

Таким образом, договорные обязательства касались не только отпора покушениям третьей державы на захват Кореи или Китая. Они предусматривали также «право» на противодействие любым попыткам третьей державы – предположительно, России – «угрожать интересам» Японии или Англии в этих двух странах Восточной Азии.

Все японские броненосцы были построены в Англии.

Англия формально соблюдала нейтралитет в Русско-японской войне, но, по мнению автора, именно позиция Англии стала одним из главных факторов поражения России.

Беспрецедентным в истории военного морского права стал провод британскими моряками под конвоем королевского крейсера двух японских броненосных крейсеров, закупленных в Италии, в Японию.

[2] Материалы сайта: https://history.wikireading.ru/136037

[3] История дипломатии / Под ред. В.П. Потемкина. М. – Л.: Государственное издательство политической литературы, 1945. Т. II. С. 537.