КОАПП! КОАПП! КОАПП! Выпуск 8: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Тату Гиганте. Но что делать тем, кто не умеет? Окапываться — так говорит военная наука! Ведь никому не хочется, синьоры, превратиться в рупор…

Кашалот. Ка… какой рупор?

Тату Гиганте. Переговорный, в который кричат: «Эге-гей!» Посмотрите на мой хвост — он конической формы и длиной в полметра — теперь вы понимаете, почему из хвостового панциря гигантских броненосцев люди делают рупоры? Кроме того, из нашей брони изготавливают корзины, гитары — у меня на родине все играют на гитаре и поют серенады. (Поет.) «Ты спишь ли? Гитарой тебя разбужу»…

Кашалот трясет головой, как бы стряхивая наваждение.

Удильщик (взрываясь). Послушайте, Тату Гиганте, вы можете четко ответить на простой вопрос: намерены вы ставить ограждения вокруг ям или нет?!

Тату Гиганте (с искренним изумлением). Каких ям?

Стрекоза. Которые роют броненосцы!

Тату Гиганте. Диос мио, разве это ямы?! Вы слышали про теорию относительности?

Мартышка. При чем тут теория относительности?

Тату Гиганте. Слушайте: когда-то в наших краях жил броненосец ростом с носорога. Я не знаю, рыл ли он ямы, но если рыл, то наши ямы относительно его ям — все равно что Пичи относительно меня!

Коапповцы тихо стонут.

Не пугайтесь, синьоры, сверхгигантский броненосец вымер много тысяч лет назад! Знаете почему?

Кашалот (ошалело). Почему?

Тату Гиганте. Я не знаю, я думал, вы знаете.

Кашалот. О-о!.. Он мне совсем заморочил голову, я уже не помню, о чем шла речь…

Тату Гиганте. Я напомню: речь шла о теории относительности. Хотите еще пример? У меня сто зубов, а у семипоясного броненосца восемь. У него всегда рождаются близнецы — четыре, восемь, а иногда даже двенадцать. Значит, если у него двенадцать близнецов и восемь зубов, то на каждый зуб приходится по полтора близнеца! С другой стороны, на каждого близнеца приходится… минутку: семь разделить на двенадцать… — чуть больше половины папиного пояса. Но до чего же все относительно, синьоры! Если бы у их папы было не семь поясов, а три или два, как у шаровых броненосцев, то на каждого близнеца приходилась бы четверть пояса или даже одна шестая, а если бы у папы было двадцать пять поясов, как у Пичи, то на одного близнеца пришлось бы больше двух поясов!

Кашалот. Как это, как это, как это, как это?

Мартышка. Бред какой-то…

Удильщик (безнадежным тоном). Тут сам черт ногу сломит…

Стрекоза. Ой, я вспомнила, о чем шла речь — лошади ломают ноги и просят броненосцев ставить ограждения!

Тату Гиганте. Лошади?! Каррамба!!! Пичи, ты слышишь?!

Гепард. Он опять зарылся. (Стучит по щитку.)

Пичи (глухо, из норки). Не выйду. Терпеть не могу выходить на поверхность.

Тату Гиганте. Ладно, сиди там. Пичи, они говорят, что на нас жаловались лошади! Ты этому веришь? На нас могли жаловаться термиты, муравьи, дождевые черви, улитки, лягушки, змеи… словом, все, кого мы едим. Но лошади? Синьоры, клянусь жизнью Пичи: никто из нас ни разу не съел ни одной лошади! Никогда не поверю, чтобы они на нас жаловались!

Мартышка. Рак, покажите ему лошадиное заявление.

Рак лихорадочно перебирает бумаги. Все ждут.

Кашалот (потеряв терпение). Ну что вы там возитесь?

Рак. Я его куда-то сунул, не могу найти.

Кашалот (громовым голосом). Карррамба!!! Все перерыть, но найти — я приказываю!!!

Тату Гиганте. Армадиллы, слышали приказ?