- Кто первый дежурит?
Бросили жребий, первому не спать выпало Очкарику. На ужин разогрели консервы, запив все живцом. Костер развели внутри здания, не опасаясь что его увидят. Оставалась только вероятность, что мертвяки могут найти их по дыму, но пришлось рискнуть. Ночи были прохладные, а мерзнуть ни Очкарик, ни Баклан не захотели.
- Ночевать недалеко от входа давай. Здесь и воздух свежее и обзор лучше. Машина в случае чего рядом — предложил Очкарик
- Я у второго выхода сигналку поставил. Если неожиданно заявятся зомби, обязательно ее заденут, после срабатывания ловушки поднимется шум. Шум только глухой не услышит — предупредил Баклан .
- Хорошо. Я подежурю, потом твоя очередь — проговорил Очкарик, устраиваясь у входа с оружием, внимательно прислушиваясь и вглядываясь в темноту ночи.
Глава 4
Только рассвело, как Очкарик проснулся. Рассвет еще только наступил, но что-то беспокоило, его. Утренний туман наползал на ферму. Во рту ощущался привкус кисляка. Баклан сидел неподалеку, склонив голову. Очкарик толкнул кулаком Баклана, дежурившего на утреней вахте.
- Уснул зараза! Подъем! Перезагрузка скоро. Не чувствуешь запах разве?
- Да я вроде не спал. Сам не заметил, как сморило — оправдывался Бакланом.
- А если бы зараженные набежали? Сожрали бы нас спящих.
- Да я сигналки поставил. Услышали бы — оправдываясь ответил Баклан.
Баклан чувствовал себя виноватым. Ночь прошла спокойно, зараженные не нападали. Поэтому он и задремал убаюканный тишиной.
- Повезло, что перезагрузка начинается, они боятся близко подходить, а вот по окончании сбегутся сюда толпой.
Очкарик открутил пробку и сделал пару глотков живца из фляги.
- Поднимайся, позавтракаем позже. Уходить нужно. Баклан, о чем ты там опять задумался? Уснул что-ли. Давай не расслабляйся!
Баклан еще не отошел от дремоты. В дремоте пришли воспоминания о прошлом. Но разве в Стиксе можно расслабляться? СТИКС!!! Вот как называется мир, куда полгода назад забросило Баклана. Другое, общеупотребительное название — Улей. Когда Слава узнал информацию о новом мире, то не сразу смог поверить в услышанное.
Мир Стикса составляли копии из кусков множества параллельных миров. Словно соты в пчелином улье или кластеры, как в пчелином улье, они соединялись друг с другом, составив огромный единый мир. Никто не знал как далеко простираются миры Улья.
Границы соединения кластеров иногда выглядели несуразно-фантастически, но на самом деле все подчинялось определенным правилам. Дорога соединялась с дорогой, вода с водой и так далее. Правда асфальтовая дорога на границе кластера, могла перейти в грунтовую или вообще в тропинку. Это ведь тоже дорога. Широкая река могла соединиться с ручьем или перейти в озеро, а то в свою очередь в канал. Возможности воплотить свои фантазии у Стикса бесконечны.
До переноса, Вячеслав Гусев работал в кредитном банке. Жил как все. Окончил школу, институт и мечтал о безбедной жизни. Как большинство, мечтал о богатой жизни, хорошей машине, больших деньгах, только все желания так и не осуществились, оставались грезами. Под лежачий камень вода не течет. Слава не стремился к перемене жизни, его душу редко трогали азарт и жажда приключений.
Какие желания возникают у мелких человечков с большими амбициями? Все мы заложники обстоятельств, живем в рамках существующего мироустройства. У каждого в жизни появляется шанс изменить свою жизнь. Только для одних ничего не меняется, а другие, получив деньги и власть, могут сотрясти мир, его устои, некоторые ради власти, развязывают мировые войны, такое в истории случалось не раз.
Кем Гусев был на Земле до переноса — мелким клерком, а кем стал здесь? Он и подумать не мог, что жизнь кардинально изменится и сам он тоже станет другим. Не все могут справиться с новыми обстоятельствами, Стикс всем дает новые дары и новые возможности.
В Улье нет государств, а значит и нет законов, норм и правил, таких, как существовали на Земле. Если нет служб правопорядка, то законы каждый устанавливал для себя сам. Можно делать что хочешь, но с определенными ограничениями. В Улье свои законы и их нарушение карается даже строже, порой смертью. Но все равно, в мире Стикса, желания индивида ничего не сдерживало. Мысли, чувства, поступки, все негативное, что он ранее избегал или скрывал в себе, здесь в Улье вылезли наружу. Так происходило со многими, только одни могли контролировать свои желания, а другие не могли или не хотели. Людей которые не хотели следовать правилам морали, предали человечки законы — назвали моральными уродами или мурами.
Тех кто подхватил вирус, но не превратился в тварь - называли иммунными. Вирус был везде, в воздухе, в воде. Он как-то влиял на организм, изменял его, только у одних организм принимал его, а у других — нет. Вирус делал человека сильнее, быстрее, более выносливым. Иммунные не болеют и даже потерянные органы со временем отрастают, можно жить практически вечно. Слава оказался иммунным.
Случилось так, что в Стиксе, Вячеслав Гусев, из обычного клерка, превратился в мура с новым именем Баклан. Изменения коснулись не только имени. Изменился он сам, новые чувства, скрываемые ранее пороки и тайные желания вылезли наружу. Этот новый человек уже не был тем спокойным и добрым парнем, коим его многие считали. Черные мысли, желания и поступки, которые он скрывал раньше, здесь в Стиксе могли воплотиться наяву, спали оковы морали, Вячеслав Гусев умер — вместо него родился Баклан.
С вечера город накрыл кислый туман, но Вячеслав не обратил на него внимание. Накануне, отмечая день перебрав с коллегами после работы коньяка, он вечером рано завалился спать, чтобы прийти скорее в норму. Утром он встал, голова была тяжелой, во рту сухо. Вячеслав выпил таблетку от головной боли и не обращая внимание на плохое самочувствие, решил отправиться на работу.
Бутылка из под минералки выпитая вечером была пуста. Воды в кране не было, свет тоже не включался, хорошо в чайнике остались какие-то остатки, Вячеслав допил их прямо из носика.
- Опять коммунальщики, что-то чинят. На работе кофе попью — подумал Слава, прежде чем закрыть дверь и шагнуть за дверь квартиры.
Если неприятности случаются, они происходят не вовремя. Лифт в доме сегодня тоже не работал. Нажав на кнопку, Вячеслав обратил внимание, что индикатор вызова не включается, поэтому чертыхаясь и продолжая ругать все коммунальные службы он стал спускаться по лестнице. Лестница находилась в конце коридора, считалась аварийным выходом.
В последний раз Гусев ходил поднимался по лестнице год назад, тогда все было прекрасно. Сейчас свет на лестничных площадках не горел, поэтому чуть пару раз не споткнувшись Слава умерил пыл и касаясь перил шагал осторожнее.
Торопясь успеть на работу, он обратил внимание на изменения, которые произошли в городе, но не придал им значение. Во первых машин сегодня на улице было немного, кроме того некоторые люди просто стояли на улицах никуда не двигаясь или наоборот плелись черепашьим шагом.