— Пройти через замок нам не дадут, — сказал Гвидо, — Поэтому двинемся в другую сторону.
Замок Акайя защищал юго-восточные ворота. Но он не громоздился над воротами и вокруг ворот, как часто делали в других городах. Владельцам замка нужен был внутренний двор, а не большая дорога внутри стен. Ворота и давно вросший в землю подвесной мост находились южнее.
Гвидо повел Марту к южному углу стены.
— Вот там, видишь, гора.
— Вижу.
— Там замок Монкальери, где Карл Добрый принимает Франциска Первого. Не знаешь, у французского короля уже есть какое-то погоняло? Умный там или смелый?
— Кажется, пока нет.
— Ну и ладно. В Монкальери будет турнир. Площадка под ристалище там говорят, маленькая. И говорят, что кого попало пускать не будут, чтобы господам не стало тесно. Но нас с тобой пустят.
От южного угла открылся вид на две колокольни на юге.
— Там аббатство Санта-Мария-ди-Карпиче, — Гвидо показал на дальнюю, — Они долго тянули тяжбу с Сансеверино насчет мельниц и не вытянули. Мельницы достались сеньору Лодовико. Аббат — его родной брат. Они вроде и не дружат, но не враги. Послезавтра аббатство собирается поставить мистерию на большой площади. Не представляю, как они успеют. Меньше недели на подготовку. Когда мы с парнями берем какого-нибудь богатого купца, мы и то тратим несколько дней, а то и недель. А тут такое серьезное дело, целый король будет смотреть.
Проходя к южному углу, Гвидо ткнул пальцем на ближнюю колокольню.
— Там церковь святого Валентина. Говорят, что он в языческие времена венчал солдат. А язычники не хотели, чтобы солдаты были женатые, и его убили.
— Вот дураки, — фыркнула Марта, — От язычников, наверное, все солдаты убежали к христианам.
— Почему?
— Потому что солдат должен быть женат.
— Зачем?
— Мой первый муж был солдат и второй муж был солдат.
— Ты дважды вдова? — удивился Гвидо, — Хотя да, не удивительно.
— Кому еще солдаты могут доверить свое имущество, как не женам? — продолжила Марта.
— Не знаю. Слуг нанять. Подмастерьев каких-нибудь.
— Слуги и подмастерья сбегут со всем обозом, как только им покажется, что армия проигрывает сражение. У ландскнехта нет никого вернее, чем его кампфрау.
— Жены тоже бывают неверными.
— Но слуги бывают неверными намного чаще. Они и клятву перед Господом не дают.
Прошли по стене еще немного.
— Вон там, смотри, крышу видно, это замок Ступиниджи. Говорят, что замок герцогский, но живет там маркиз Джанфранческо Паллавичино ди Зибелло из миланских Паллавичино. Сейчас у него остановились д’Эсте, у которых свита из пяти или шести городов, считая Милан.
— Ты не пропустил какие-нибудь достопримечательности в городе? Все только за стену смотришь.
— Да, точно, — Гвидо повернулся в сторону города, — Вот в том доме у нас Университет. Отсюда почти и не видно, дом небольшой. Целых три факультета. Искусства и медицины, права, теологии. Совершенно ненужное заведение, но влияет на статус города. Как епископский дворец. Шамбери претендует, что там столица, но у них ни епископа, ни университета.
— Студенты сильно шалят? — спросила Марта.
— Да так. Легко пропивают все деньги и одежду, поэтому охотно покупают теплые вещи, даже когда знают, что краденые. В драку лезут как шальные, на голый понт не возьмешь. Да и было бы зачем.
— Из-за девушек.