Непальская красная нить: читать начало книги онлайн

«Конечно, возможен и второй вариант, – размышляла я тем временем. – Серийный убийца, от чьей руки погибла Настя Лукьянова, проследил за Аллой до квартиры Окуневых, но не застал девушку там в момент вторжения. Вместо этого маньяк натолкнулся на Олега…»

Нет, вариант слаб и вступает в противоречие со всеми уликами. Так что, похоже, я и впрямь могу забыть о серийном убийце, сосредоточившись на более реалистичном вопросе: кто подставил Аллу Первухину?

– Сергеич, ты мне можешь сказать, как вы его нашли? – поинтересовалась я из профессионального любопытства. Вот было бы забавно, если бы полиция вышла на дом Землянского точно таким же путем, как и я.

– Ввели имя и номер телефона, который ты мне принесла, в нашу базу, – признался Кирьянов. – Землянский месяца два назад подписал коллективное заявление в полицию от жильцов этого дома по поводу акта вандализма…

Я догадывалась, что под вандализмом, скорее всего, подразумеваются граффити, столь возмутившие почтенную Надежду Васильевну. Впрочем, рта я не открывала, чтобы не сболтнуть лишнего. Тем более что подполковник последовавшим замечанием подтвердил мои подозрения:

– Да просто мальчишки стену изрисовали своими каля-маля. Даже матерного слова не написали, а бабки шум-гам подняли. Но, как видишь, нам их заявление только на руку. Иначе пришлось бы повозиться. Непросто найти человека, живущего на съемной хате, без своего угла, на это вагон времени нужен.

До чего скучно и банально, не идет ни в какое сравнение с моей дедукцией! Полицейская работа меня не впечатлила. Зато Олег заставил удивиться. Он худо-бедно принимал участие в жизни своего дома, подписав то коллективное заявление. Несмотря на это, его продолжали считать нелюдимым. Другое неверное утверждение соседки: будто бы Землянский из дома никуда не выходил. Определенно, он ходил по магазинам, не полагаясь всецело на службу доставки. И почти каждую неделю, как я твердо знала, посещал центр просветления.

Подсчитаем: еда, доставка, массаж и другие спа-процедуры, платежи Окуневым за квартиру. Приплюсуем сюда покупку видеоигр и скинов, а также каких-нибудь других геймерских прибамбасов, о которых я имею смутное представление, но от знатоков наслышана, что расходы недетские. Так, на какие средства жил толстяк? Финансовый след исключительно важен, поскольку поможет определить круг общения Землянского, друзей и врагов. Если доход Олега нельзя назвать законным, то круг врагов получается довольно значительным. Да и круг друзей (очень специфических, лучше уж сказать «круг корешей») тоже отличается немалым радиусом.

– Что нам известно о жизни Землянского? Кем он работал?

– Ты словно вчера на свет родилась! – рассердился Кирьянов, больше для вида, чем на самом деле. – В настоящий момент следствие такой информацией не располагает. Учитывая его образ жизни, догадываюсь, что Землянский был фрилансером. Выполнял какую-нибудь работу на компьютере.

Я поняла, что никакой другой полезной информации не получу, потому что полиция и сама еще не располагает необходимыми сведениями. Попросив Сергеича держать меня в курсе новостей по делу и пообещав, со своей стороны, содействовать в розыске Первухиной, я покинула управление.

Мне предстоял крайне неприятный разговор с Дмитрием. Безрадостная миссия – сообщить отцу о том, что его дочь считают убийцей и объявили в розыск. Не представляю как, но как-то надо подготовить Первухина к предстоящей даче показаний в полиции.

В этот день Дмитрий преподавал, поэтому я поехала к нему прямиком в университет.

Старинный бастион наук – одно из интереснейших и прекраснейших мест города для тех, кого сюда не сослали насильно родители получать «вышку». Комплекс университетских корпусов, возведенный почти полтора столетия тому назад и впоследствии дополненный двумя-тремя постройками поновее, очерчивал квадрат посреди Тарасова. Внутри квадрата находились еще несколько зданий, некоторые соединялись с внешними, отчего университет местами напоминал запутанный лабиринт. По слухам, с третьего этажа головного корпуса, где находится виварий, можно было, петляя коридорами, спускаясь и поднимаясь по бесчисленным лесенкам, выйти к университетской обсерватории. Непременно надо будет по возможности проверить легенду.

Другой потайной ход, совсем недавно заблокированный в результате бесчисленных перестроек, прежде вел к довольно богатому музею палеоантропологии, мимо которого как раз пролегал мой путь. Стоило лишь свернуть влево от входа в аудиторию и нырнуть в затемненный коридор, как посетителю откроются экспозиции, полные костей мыслимых и немыслимых «антропов» каменного века, а также останков скифов, сарматов и прочих, более молодых, по историческим меркам, находок, включая главное сокровище кафедры – мумию купца времен Елизаветы Петровны, драматически погибшего в песках Заволжья.

Я рассчитала время так, чтобы прийти ближе к концу пары, поскольку отсидеть всю лекцию не горела желанием. И пожалела о своем решении! Такую лекцию каждому детективу стоило бы прослушать от начала и до конца. В аудитории ощущалась энергетически насыщенная атмосфера. Дмитрий сумел оставить подавленное настроение за дверью и общался со студентами весело и с явным удовольствием. Молодежь удалось зацепить интересной темой, некоторые так вообще слушали словно завороженные. Две чрезмерно экзальтированные девочки бросали на лектора многозначительные томные взгляды. Типичные вузовские воздыхательницы.

– По этим фотографиям останков князя Андрея Боголюбского мы убедились, что в ходе покушения он был зарублен и заколот, вероятно, группой нападавших, – подытожил Дмитрий.

Он говорил звучно, выступал уверенно. Судя по интонации голоса, по тому, как пронзительный взгляд лектора бегал по лицам студентов, Дмитрий был поглощен наукой и щедро делился воодушевлением с присутствующими. События двенадцатого века волновали антрополога, словно произошли вчера. Студенты и я вместе с ними разделяли энтузиазм ученого. Прямо сейчас Первухин завершал описание костей давным-давно убитого человека, чей почерневший скелет изображали слайды презентации.

– Еще раз обратите внимание на то, что у князя отрублена левая рука. – Тут Дмитрий взял лазерную указку и пробежался ею по скелету. – Именно левая. Между тем… смотрим следующий слайд… вот текст «Повести об убийстве Андрея», где мы читаем, что ему отрубили «десную» руку. Слово выделено в тексте. Оно означает в переводе на современный русский «правая».

Дмитрий выключил указку и сделал шаг к слушателям.

– Запомните, такие расхождения документов с реальностью – обычная вещь. Автор текста мог не знать подробностей убийства. Мог из своих средневековых предубеждений счесть, что упоминать «шуюю», то есть левую руку постыдно, потому что главной является «десная» рука, десница. Мог осознанно фальсифицировать информацию под давлением бояр. Бояре любят оказывать давление на следствие.

Студенты оживились еще больше.

– Или даже мог состоять в связи с заговорщиками. Я вам точно не скажу, все вопросы к прокурору.

По аудитории прокатился смешок. Я тоже заулыбалась. Шокирующая история кровавого преступления, случившегося много веков назад, захватила меня, пробудила мой профессиональный интерес. Никогда бы раньше не подумала, что знакомство с древними манускриптами затягивает. Лектор вернулся на прежнее место и кликнул мышкой, сменив слайд презентации.

– А теперь – вишенка на торте, – торжественно объявил Дмитрий. – Посмотрите на миниатюру из той же Радзивилловской летописи.

Жуткая картинка, выполненная немного в наивном стиле, словно рисовал жестокий ребенок, изображала лежащего на земле мужичка, на которого набросилась с мечами и копьями кодла бандюганов.

– Миниатюра иллюстрирует пассаж об убийстве Боголюбского, – пояснил Дмитрий. – Какую руку отрубили князю, по версии художника?

– Левую? – раздались нерешительные голоса.

– Именно! Художник знал подробности убийства и спустя несколько десятков лет после преступления раскрыл все тайны, создавая эту иллюстрацию. Этакий отважный журналист Древней Руси, жаждущий поведать людям правду-матку любой ценой. Теперь посмотрите влево, на женщину, нарисованную напротив убийц. Это жена князя, и она держит отрубленную руку Андрея. Символический намек на то, что супруга состояла в заговоре, о чем умалчивает летописец.

Первухин обладал отменной дедукцией на уровне хорошего сыскаря. Я жадно ловила каждое слово, в тот момент ничем не отличаясь от студентки-почитательницы. Крутой поворот в расследовании на основании новых улик потряс меня настолько, что заставил задержать дыхание. Конечно же, в убийстве мужа всегда виновата жена! В старой шутке есть доля шутки.