— Послушай, — обратилась она к своему невидимому тюремщику, — не пускаешь меня к детям — не надо. Тогда пусти их ко мне. Я могу позвать малышей с помощью До… — ну, с твоей помощью. Они могут спуститься, подойти к двери лаборатории. Ты отопрешь ее на мгновение, только чтобы они успели сюда прошмыгнуть. Я буду стоять далеко от входа. Если ты увидишь, что я делаю хотя бы шаг в ее сторону, то не откроешь замки.
— Ты можешь велеть им заблокировать дверь своими телами, а после этого пересечь лабораторию, — предположил Ти-4-Эс.
Уж не значит ли это, что Ти-4-Эс не намерен давить детей тяжелой дверью? У него имеются моральные устои? Или просто из этого ничего не выйдет? Касси поостереглась уточнять.
— А дверь наверху лестницы? При необходимости ты запрешь ее и все равно получишь трех заложников в подвале.
— Там стоят оба генератора. Вас нельзя к ним подпускать. Вы способны догадаться, как вывести из строя один или сразу два аппарата.
— Главный и запасной генераторы находятся в противоположных углах! К тому же в каждой комнате своя запирающаяся дверь.
— Да. Но чем больше между вами препятствий, тем безопаснее для меня.
— В таком случае советую как-нибудь заткнуть воздуховоды! — не выдержала Касси.
— Воздуховоды необходимы для того, чтобы сохранить вам жизнь. К тому же они расположены высоко, в потолке, и слишком малы, чтобы в них пролез даже Донни.
«Донни»… Раньше это был Дональд Сергей Шеритов, трех лет. Значит, Искусственный Интеллект способен учиться.
— Ти-4-Эс, — взмолилась Касси, — я очень тебя прошу! Пусти детей ко мне! У Донни температура. Оба испугаются, когда проснутся. Разреши им спуститься сюда, пожалуйста!
Она затаила дыхание. Что означали его рассуждения о морали — просто игру «ума» или наличие собственных эмоций? Что вообще представляет собой детище сумасшедших из «Сандии»?
— Если дети спустятся, что ты дашь им на завтрак?
Касси облегченно перевела дух.
— Дженни может взять еду из холодильника, прежде чем спустится сюда.
— Хорошо. Вы уже имеете связь с экранами в их комнатах.
«Не буду тебя благодарить, — решила Касси. — Хороша милость — позволить заточить детей в подвале!»
— Дженни! Дженни, детка, просыпайся. Это мама.
Потребовалось три попытки и добровольное решение Ти-4-Эс увеличить громкость, прежде чем Дженни открыла глаза. Она села в кровати, нахмурилась, потом на ее личике появился испуг.
— Где ты, мама?
— На экране, доченька. Посмотри туда. Видишь, я машу тебе рукой?
— Ммм… — И Дженни снова улеглась.
— Нет, Дженни, не спи. Послушай меня. Я объясню тебе, что делать, и ты поступишь так, как я скажу. Дженни, сядь!
Девочка нехотя послушалась, еще не решив, что лучше — расплакаться или разозлиться.
— Мне хочется спать.
— Нельзя. Это очень важно. У нас неприятность.
Сон с ребенка сняло как рукой.
— Пожар?
— Нет, детка, не пожар. Но не менее серьезно. Так что быстрее вставай и надевай тапочки.
— Ты где, мама?