— Оставьте нас, — бросает он через плечо.
— Но, верховный…
— Не волнуйся, у меня с собой транквилизатор. Если она попытается напасть, то мгновенно получит убойную дозу.
Когда дверь закрывается, он садится напротив.
— Прежде всего я хотел бы извиниться за действия моих подчинённых. Если хочешь о чём-то спросить, я готов ответить.
У меня есть вопрос, но стоит ли он того, чтобы нарушить молчание? Подумав немного, всё же я спрашиваю:
— Я здесь потому, что Тенебрис захотел обнародовать исследование относительно землян?
Верховный слышит мою речь и удивляется, но быстро берёт себя в руки.
— Пожалуй, что так, — кивает он.
— Почему вы так боитесь, что кирийцы узнают правду? — спрашиваю я в порыве эмоций.
— Я боюсь вовсе не кирийцев, — нехотя отвечает верховный. — Я давно догадывался, что человеческая цивилизация достаточно развита, чтобы составить нам конкуренцию. Я убеждён, что до сих пор мы не столкнулись с людьми в военном противостоянии только потому, что большинство людей не возвращаются с Кирии обратно на Землю, а остаются здесь питомцами, безмозглыми и безвольными. Именно поэтому положение землян на Кирии не должно меняться. Вы не должны обрести субъектность.
— Как же тупо, — произношу я со вздохом. — И бессмысленно. Во-первых, с чего вы взяли, что землянам есть до вас дело? На нашей планете пара сотен разных стран и каждая преследует свои интересы. А во-вторых, вы всё равно не сможете остановить прогресс. Покуда существуют порталы, земляне будут попадать на Кирию и менять вашу реальность, всё больше влияя на ваше общество.
— Это ты о себе, что ли? — он приподнимает бровь. — Я бы на твоём месте не брал на себя слишком много. Всё равно ты закончишь так же, как и все до тебя.
— Я так не думаю, — отвечаю я. — Тенебрис придёт за мной. И заберёт меня отсюда. И молитесь, чтобы вы в этот момент находились в другом месте. Потому что пощады не будет даже вам.
Верховный смотрит на меня, как на безумную. Затем медленно протягивает мне планшет и запускает на нём видео.
— Уверен, что он, действительно, придёт за тобой? — спрашивает он с хитрым прищуром. — Это было снято сегодня.
На видеозаписи какой-то хмырь в костюме обвиняет Тенебриса в человекофилии. А тот пытается отбить его атаку, утверждая, что я просто его питомец.
За пару минут я прохожу целый спектр эмоций: от страха за Тенебриса и тревоги за саму себя, до облегчения и гордости, когда Тенебрис заставляет ведущего шоу извиниться. Я даже усмехаюсь тому, как ловко у него всё получилось. Всё же Тенебрис невероятен. Неужели верховный думал, что, посмотрев эту видеозапись, я разочаруюсь? Неужели он верил, что я подумаю, будто Тенебрис говорил искренне, что я для него ничего не значу? Хоть бы приказал смонтировать видео как-нибудь по-другому, чтобы это подействовало. Похоже, он и вправду умом не блещет.
Но для видимости и, чтобы издевательства надо мной прекратились, я должна сделать вид, что расстроена.
— Что теперь будет со мной? — спрашиваю я, опустив глаза.
— Ты останешься под моим присмотром, пока я не буду уверен, что твой хозяин не представляет угрозы, — отвечает верховный. — Но не бойся. Бить тебя больше не будут. Я не сторонник таких методов. Предпочитаю использовать успокоительные средства.
Он достаёт пистолет, такой же, что я видела у Калидиты, а после направляет его на меня. Я судорожно выдыхаю, принимая такой расклад. Я верю, что Тенебрис уже в пути. Он заберёт меня, я знаю.
Глава 46
Тенебрис
Собравшись с мыслями, я направляюсь в службу по контролю за питомцами. Если кто и мог забрать Ташу, то только они. Я стараюсь унять дрожь в руках. Стараюсь не думать, что спецы из этой службы обычно делают с питомцами. Надеюсь, что Таша не сильно сопротивлялась, когда её забирали. Хотя зная её характер, всё возможно. Как же страшно, что какой-нибудь идиот вдруг признает её буйной и потребует усыпить её. Мою Ташу.
Я почти бегу по коридору. Люди в униформе расступаются, не решаясь заговорить со мной. Наверное, я сейчас выгляжу как безумец. Но мне плевать. Я открываю дверь в приёмную и захожу внутрь, не дожидаясь приглашения.
— Где мой питомец?! — кричу с порога.
Сотрудник за стойкой поднимает на меня глаза.
— Простите?
— Мой питомец, — повторяю я, сдерживаясь из последних сил. После открываю на коммуникаторе индикационный номер Таши. Сотрудник сканирует код и ещё пару секунд пялится в экран своего планшета.