Но Андрей теперь чувствовал саму структуру этого излома. Он стал на край круга, где начиналась чуждая энергия, и вытянул руки, направляя поток из своей точки в животе – ту, что пульсировала, как второй источник жизни.
Энергия пошла. Светлая, золотистая, с переливом небесного ветра и солнца долины. И в тот же миг его настиг удар. Чужая сила рванулась в ответ. Как змея, целясь своими ядовитыми клыками в сам сгусток его потока. Как осколок стекла – в глаз.
Андрея отбросило назад. Он вскрикнул – и впервые за всё время почувствовал настоящую боль от энергии. Не мышечную. Не усталость. А как будто его самого начали выдирать изнутри. Он согнулся. Его тошнило. Он упал на колени – и… Отступил.
День спустя он вновь вернулся. На этот раз парень было глубже сосредоточен. Он дышал. Он пел. Он вёл поток иначе – не прямо, а по кругу. Но и тогда язва сопротивлялась. Меридианы в его теле вспыхнули болью, как провода под перенапряжением. Он снова рухнул. На этот раз – потерял сознание прямо у границы круга.
На третий день он пришёл… Не ради победы. А ради понимания. И для начала он сел у края излома. Молча. Не сопротивляясь. Просто слушал. И впервые за всё это время… Услышал саму боль этой трещины. Не как зло, не как вражду. А как безумие. Как истошный, бессмысленный крик сущности, вырванной из гармонии. И тогда… Он изменил свой поток. Сделав его не прямым. Не резким. А ласковым, глубоким, согревающим. Он “спел” – не голосом, а телом. Свет в нём прошёл как звенящая волна – и вошёл в язву. И она… Дрогнула.
Но это был только первый шаг. Он не исцелил ничего. Но теперь знал. Подобное вполне возможно. И главное – не силой, а резонансом. Песней. Поэтому, немного подумав, он всё же отступил. Так как ему был нужен совет кого-то более умудрённого в таких делах.
Старик молча выслушал рассказ Андрея, глядя куда-то в сторону, поверх озера, будто бы пытался увидеть то, что всё ещё скрывалось за горизонтом. Когда юноша закончил, наставник медленно прикрыл глаза, задержал дыхание… И выдохнул, как человек, который услышал именно то, чего боялся.
– Ты действительно вошёл в резонанс… – Сказал он, не глядя на парня. – Это значит… Что ты увидел не просто рану. Ты заглянул в око Бездны.
Андрей вздрогнул.
– Это не просто искажение?
– Нет.
Старик встал, прошёлся вдоль берега, и его силуэт, освещённый утренним светом, казался вдруг каким-то… маленьким и даже усталым.
– Ты открыл Врата. – Он говорил тихо, будто боялся, что сама земля подслушает. – Они не полностью раскрыты, но это место – один из Узлов. Рвущаяся трещина между мирами. И за ней… Нижний Мир. Мир Демонов.
Андрей молчал, но внутри всё сжималось. Нижний Мир. Даже не зная точно, что это, он чувствовал, что это не место, а полноценная угроза.
– Мир демонов? – Всё же спросил он.
Старик коротко кивнул.
– Да. Но забудь об иллюзии порядка. Это не армия в броне и с рогами. Это полноценный… Хаос. И боль. Это место, где всё искажено. Даже сами жители.
И когда он обернулся, его глаза были полны тяжести, как будто он видел это однажды.
– Большинство демонов – не создания природы. Это искалеченные души. Существа, опалённые извращённой магией их собственного мира. Они мутируют… Сходят с ума… Живут среди вечной боли… Пожирают друг друга и… Мечтают о выходе.
– Зачем им этот мир? – Наконец-то спросил Андрей, всё также задумчиво глядя на тихую гладь воды.
– Здесь нет безумия. Здесь – музыка. Гармония. Жизнь. Всё, чего у них больше нет. И всё, что они хотят разрушить, чтобы заглушить собственные стоны.
Старик замолчал.
– Ты не должен был почувствовать трещину. Не сейчас. Не так скоро. Но ты услышал её. А значит… Ты как-то… Связан с этим…
Андрей перевёл взгляд на дальние горы.
– Я… Смогу закрыть её?
– Нет. – Ответ был прямым, будто обухом. – Пока что – нет. Но ты можешь её удерживать. Сдерживать. Контролировать. И если настанет момент, когда Врата откроются шире – ты должен быть готов пройти в тот мир…
Потом он подошёл ближе и положил руку на плечо юноше.
– Чтобы закрыть изнутри. Или хотя бы… предупредить остальных. Выйти оттуда можно с помощью стационарных защищённых Врат. Есть такие между нашими мирами. И через них энергия того мира не прорвётся. Но таких вот прорывов быть не должно.
– Но… – Андрей отвёл взгляд. – Ты ведь говорил, что Нижний Мир – это смерть. Безумие. Кто туда мог вообще ходить? И, главное… Можно ли оттуда вернуться?
– Мало кто. И ни один не смог это сделать… Прежним…