Рассказал мужик про свою беду: как он дома хозяйствовать остался и как не повезло ему.
Посмеялся казак, а потом давай его плеткой хлестать… Бьет и приговаривает:
— Вот тебе за твою глупость! Жена поле пашет, а ты что делаешь?
Вертелся-вертелся мужик да и подавил все яйца. Видит — дело плохо. Спрыгнул с решета, забрался с перепугу на чердак и спрятался в короб с перьями. А казак напился воды и поехал дальше. Сидит мужик в перьях, дрожит от страху.
А приехали на ту пору в гости женины родичи. Входят они в хату. Посмотрела теща на непорядки в доме и говорит старику:
— И не диво, что зять с нашей дочкою ссорится! Видно и правда, что лентяйка она.
— Коли так, — говорит старик, — то отдадим лучше гостинец не дочке, а зятю!
Мужик все это слышит с чердака. «Какой же они, — думает, — гостинец привезли?»
Перегнулся он из короба, чтоб посмотреть на гостинец, а короб — бу-бух! — и полетел вниз с мужиком вместе.
Услыхали старик со старухою грохот, выбежали в сенцы и увидели там мужика в перьях.
— Черт! Черт! — закричали они в один голос.
Начала старуха креститься, а старик схватил кочергу и давай черта дубасить.
— Ишь куда, нечистая сила, повадился!
Поднялся мужик и бросился на огород. Спрятался там в конопле и сидит ни жив ни мертв, побитые бока чешет.
Воротилась вечером с поля жена. Старики говорят ей:
— Ну, теперь будешь ты жить с мужем в ладу.
— Почему? — спрашивает дочка.
— Да мы выгнали черта из вашей хаты. Это он, проклятый, вас ссорил!
И правда — перестал с той поры муж называть жену лентяйкой.
РАЗУМНАЯ ДОЧЬ
Пошел бедняк за водою на речку. Набрал полные ведра, назад возвращается. Глядь — лежит в кустах телочка. Да такая слабая, плохенькая, что сама и не подымется.
Принес бедняк домой воду и рассказал жене о телочке.
— Так возьми ее, — говорит жена.
Вернулся он на речку, взял телочку и домой принес.
— Давай, — говорит жене, — зарежем ее: будет чем гостей угостить.
Понравилась жене телочка — такая пестренькая, белолобая. — Нет, — говорит она, — пускай лучше растет.
— Да она ведь совсем слабенькая. Видно, кто-то ее бросил, чтоб в коровнике не околела.
— Ничего, может, и выходим ее. Подрастет дочка — будет ей молоко.