– Спасибо за второй шанс.
Потом меня обнаружили комары и всей ватагой бросились в атаку. Пришлось в срочном порядке сбегать в дом.
Посуду я оставила в тазу в кухне. Мыть ее – святая обязанность Бяки. Он вообще тут и за стиральную машину, и за посудомоечную. Универсал.
И он в силах помочь мне еще кое с чем.
– Бяка! Иди сюда!
Из-под пола донеслось ворчание.
– Живо!
Нехотя, будто делает одолжение, он выглянул из своего укрытия:
– Чего надо?
– Душ организуешь? Сполоснуться хочу. – Кожу саднило, местами жутко щипало.
– Иди в баню да полощись.
– Я не хочу в баню. На улице окачусь по быстренькому, и все. Поможешь?
– Просто окатиться? – с сомнением переспросил он. – Что ж, помогу. Отчего не помочь.
– Я мигом.
Я сбегала в комнату, нашла короткую тонкую сорочку и переоделась в нее – дух не дух, а все ж мужского рода, негоже перед ним булками голыми крутить. Потом заскочила на склад – взяла новое полотенца и кусок хорошего мыла и вышла на задний двор.
– Транжира, – возмутился Байхо, когда увидел добро, – хозяйки прежней на тебя не хватает!
– Не ворчи, а? И так тошно. – Я повесила полотенце на забор, а сама отошла так, чтобы не забрызгать его. – Лей давай.
Встала. Руки, ноги растопырила, глаза прикрыла в предвкушении. Сейчас будет водичка, тропический душ…
А этот гад взял и как из брандспойта окатил меня, едва не сбив с ног.
– Эй! – завопила я, отплёвываясь и выставляя руки перед собой в тщетной попытке укрыться. – А ну прекрати!
Ладно хоть вода теплая.
Спустя несколько секунд струя затихла. Я стояла мокрая, с сосульками волос, прилипших к лицу, и тяжело дышала:
– Ну дождешься у меня! Я такое тебе устрою!
– Считаю до тридцати и смываю! – Бяка явно забавлялся. – Советую не тратить время на болтовню и начать мылиться. Один, два, три…
Ах ты, гад текучий!
Я схватила мыло и принялась себя тереть.
– Десять, одиннадцать…
Повозила под рубашкой, стараясь намылить самые труднодоступные места. Потом ноги, руки.
– Пятнадцать, шестнадцать…
Поспешно намылила волосы.