— Саша, у нас же не будет никаких проблем?
— Какие могут быть проблемы? Мы с царем оба одной ногой в могиле. Да и зачем лишний раз беспокоить смерть?
— Вот и умничка. Мы не хотим неприятностей… — она похлопала его по щеке и тут же отдернула руку. — Какого…
Ее глаза расширились от ужаса.
— Саша, что ты с собой сделал…
— Не нравится, да? — вздохнул он. — Мне тоже, но уже поздно что-то менять, что имеем, то имеем. Простите, Ольга Владимировна, не надо было вам меня трогать без разрешения…
Она отступила и молча села в углу, провожая нас ошарашенным взглядом. Мы же прошли в просторную гостиную, где нас ждал Петр Романов. Выглядел он сурово, хоть и сильно похудел. От прошлого величия не осталось ничего, кроме бесстрашного взгляда.
— Как же он плох… — без доли юмора прокомментировала Лора. — Как он еще держится…
— Давайте без лишних слов, сразу перейдем к делам, — махнул царь на диван. И даже это действие далось ему с большим трудом.
Мы сели, и я начал:
— Петр Петрович, Саша недавно нашел Юлия из Римской Империи.
— Он выжил? — удивился Романов. — Насколько мне было известно, он пожертвовал собой и погиб в битве с Лермонтовым.
— Как оказалось, он каким-то чудом оказался в Бангкоке, и ему поклонялась шайка сектантов, — сказал Саша. — Ну и я его достал.
— Все сектанты мертвы? — холодным тоном спросил Петр.
— Разумеется. Они первые начали, — развел тот руками.
— Итак, — я хлопнул в ладоши, возвращая себе инициативу. — Не буду вдаваться в подробности, но в Юлии была частица какой-то там богини. И Саша смог ее высосать.
— Э! Я не высасывал! — возмутился он такой постановке вопроса. — Я поглотил ее… Частицу…
— Да, прости, поглотил, — кивнул я. — Так все же, к чему я это? Может, Саша попробует сделать то же самое с вашей проблемой?
— Сколько у тебя осталось времени? — в лоб спросил Романов.
— Не больше пары дней.
— Как и у меня… — вздохнул Петр. — До слияния Пастуха с Исааком осталось тоже два дня…
Если такое можно провернуть с царем, то возвращение на трон уже не выглядит как что-то невыполнимое. Но, кажется, у Романова были другие планы.
— Нет. Еще есть два дня.
— Почему нет? Если получится, вы вернете себе силы, а ты, — я посмотрел на Есенина, — сможешь стать героем…
Но Саша смотрел на царя странным взглядом и даже не повернул голову ко мне.
— Кажется, наш дорогой Петр Петрович что-то не договаривает, — наклонил он голову набок. — Верно?
— Да. Есть вероятность, что и я, и ты можем просто умереть. Ты смог поглотить частицу божества, но то, что сидит во мне, совсем другое. Это сама природа голода, — сказал царь. — Однажды, мы с Володей уже сталкивались с голодом. Тогда-то мы его и заточили в артефакт. Это не божество… Это состояние.
— Как пустота? — улыбнулся Есенин и, подняв палец, создал на его кончике сложную геометрическую фигуру, внутри которой была дыра в пространстве.
Я просканировал это чудо, и мы с Лорой поняли, насколько сдерживается Саша, чтобы не разрушить все вокруг. Только какие масштабы? Здание? Район? Город? Остров? Или планету?
То, что крутилось на кончике его пальца, было брешью в пространстве, способной поглотить все: энергию, воздух и свет. Однако делала это очень медленно.