Когда маги приступили к атаке, Есенин и Чехов начали медленно продвигаться к Люсе.
— Ну что, мальчики, вы готовы?
— Погнали! — азартно прорычал Чехов.
Люся положила ладони на спины мужчин и начала вкачивать в них энергию, давая временное усиление в несколько раз.
— Будьте благодарны, мужчины, — перекрикивая общий гул, сказала Люся. — Сейчас вы испытываете на себе заклинание Мага высших сил!
— Охренеть! — только и успел произнести Сергей Есенин.
Его волосы полыхали белым огнем. У Чехова из глаз сверкали молнии и бил яркий свет. Со стороны они были похожи на двух богов, сошедших с картин.
— Я его чую… — произнес Чехов и первый, словно молния, сорвался вглубь нежити, раскидывая их в стороны и создавая тропинку. За ним устремились Есенин и Люся.
И каково было их удивление, когда спустя пару километров они смогли увидеть на горизонте всадника, полностью состоящего из тьмы.
— Сколько же он успел убить и воскресить… — прошептал Есенин.
— О, да… — выдохнул Чехов. — Кажется, тут еще и его старые запасы…
Некромант уровня Лермонтова мог не только воскрешать мертвецов, оставляя у них все магические способности, но и возвращать тех, кого он поглотил за всю свою жизнь. Что делало его очень опасной армией, состоящей из одного человека.
— Старые друзья! — прогремел голос всадника.
Темная фигура спокойно наблюдала, как к нему подходит троица. Полностью состоя из тьмы, были видны только два едва заметных огонька глаз.
Когда его старые товарищи прорубили дорогу к бугру, на котором стоял всадник, Лермонтов поднял руку и нежить отступила, дав подняться непрошеным гостям.
— Здравствуй, Миша, — кивнул Сергей Есенин. — Что же ты тут так разбушевался?
— Я собираю армию.
— Но зачем? У тебя комплексы? — улыбнулся Чехов и тут же получил тычок Люси.
— Миша… — произнес Лермонтов. — Ты все такой же балагур и клоун… Неужели ты думаешь, что я, обладая такой мощью, могу обидеться на подколы?
— Пфф… — махнул рукой Чехов. — Конечно! Я же тебя знаю! А еще ты подчинился какому-то божеству!
— Подчинился? У нас взаимовыгодное сотрудничество. Он даст мне безграничную власть, а я дам ему время…
— Миша… — цокнул языком Есенин. — Твой мозг под влиянием божества. Ты не видишь, что ты в полном его подчинении?
— Вы можете говорить, что угодно! Какая разница, если вы не доживете до завтра? — на сплошном темном полотне появилась улыбка. — Сережа, да, твой род силен. Но только из-за твоего сына. Ты уже не тот Сергей Есенин, которым был раньше! Тебя боялись… А теперь посмотри, кем ты стал? Алкашом? Нытиком?
— Сережа… Не слушай его… — прошептала Люся.
— Дурдом… — выдохнул Чехов и встретил сгустком магии исцеления в Лермонтова.
Люся тут же пришла в движение и проделала тот же трюк с очертанием границ.
— Это не даст тебе призвать силу извне, — ответила она.
Лермонтов на секунду превратился в сгусток тьмы и предстал перед товарищами темным мечником в доспехах.
У всех в руках засверкали мечи. Началась битва. Клинки сверкали. Удары были такой силы, что земля сотрясалась.
Нежить же пыталась пересечь барьер, но каждый раз, когда она подходила к границе, очередное тело вспыхивало и рассыпалось за секунды.