Тренер: «Нам надо забронировать лед на время после твоего отпуска»
Отпуск, смешно. В отпуске я сдаю сессию и катаю в шоу, потому что все прошлые призовые уже вложены в тачку и съемную хату, а жить тоже на что-то надо и питаться не воздухом.
Смахнув все уведомления, думаю о том, что пора вернуться к тесту, чтобы не завалить его вновь. А в голове проносятся картинки цвета ее глаз. Да что же такое! Я же тот самый несгибаемый Илья Сазонов, который на все вопросы журналистов о личной жизни всегда отвечает «У меня нет на это времени».
И это абсолютная правда, у меня нет времени. Девушки всегда хотят внимания, свиданий, подарков, отношений, разговоров. А я хочу спать. Хотя бы шесть часов в сутки. И вообще моя главная мечта — нет, не девушку найти, а просто лечь и по-человечески выспаться.
У меня через полтора года Олимпиада, а до нее еще десятки стартов мирового, европейского уровня и внутри страны. И мне точно сейчас не до чьих-то янтарных глаз.
— Сазонов, время вышло, сдавай тест, — слышу какой-то голос из космоса.
А, нет, это всего лишь голос препода.
— В каком смысле вышло? Я же только начал!
— Полчаса уже прошло, ты у меня один пересдаешь, неужели времени недостаточно?
Это что же получается, я полчаса об этой Варваре думал?
— Пять минут еще, пожалуйста. Мне нельзя снова пересдачу, я улетаю через два дня.
— Эх, Сазонов, Сазонов, ты со своим графиком с ума себя сведешь. И вот понадобилось же тебе биоинженером становиться, — зам декана тяжело вздыхает, зачем-то снова оплакивая мою тяжелую жизнь, а я за это время справляюсь с мыслями, решаю все и отдаю полностью заполненный бланк.
Минуты три уходит на проверку, после чего я получаю долгожданный автограф на развороте в зачетке, бегу в деканат, где мне штампуют допуск, и вылетаю из корпуса универа на стоянку. Доведенные до автоматизма действия по проезду от места учебы к месту тренировки на минуту откладываю, достаю телефон из рюкзака. Но не для того, чтобы ответить в чатах, а для того, чтобы забить в поисковике «Варвара Евдокимова, Санкт-Петербург».
Первое же, что подкидывает мне сеть, максимально удивляет.
«Варвара Евдокимова, гимнастка, травма»
Глава 2
Варвара
— Уважаемые пассажиры, через пятнадцать минут наш поезд прибудет на конечную станцию. Просим заранее подготовиться к выходу и не забывать свои вещи.
Стандартный набор фраз проводника может вызвать у кого-то трепет от скорой встречи с городом, но только не у меня. Возвращаться домой после нескольких лет в Подмосковье, проведенных в школе олимпийского резерва, да еще и возвращаться с разбитыми мечтами — так себе удовольствие. Мне очень хотелось остаться в Москве, но судьба распорядилась иначе, и в этот жаркий июльский день поезд должен высадить меня на Московском вокзале моего родного Питера. Высадить и оставить здесь.
Питер я очень люблю, ведь это город моего детства, место, где все начиналось, где я выиграла первый турнир, делала первые успехи. Но я была уверена, что больше в Северную столицу меня не занесет. А в итоге…
Родители собираются приехать, чтобы встретить меня, ведь они считают, что сама я с таким количеством чемоданов просто не справлюсь. Хотя таскаться с вещами мне не привыкать, сколько сборов, сколько соревнований, сколько переездов пройдено. И эта дурацкая, совершенно нелепая травма, от которой я так и не смогла оправиться.
Вздохнув, убираю наушники и телефон в сумку, складываю откидной столик, разминаю шею. Подхожу к блоку багажа и думаю, что тут передо мной вся жизнь, упакованная в чемоданы. В этот миг она кажется забавной и даже странной. Но вот поезд начинает сбрасывать ход, чуть дергаясь, и я понимаю, что остаются какие-то секунды до выхода в старую новую жизнь.
Завтра мне идти в универ, в котором я не хотела учиться, и подавать документы для поступления в него. Снова быть там, откуда я уже уехала и куда не хотела возвращаться.
Часть жизни, где я была счастлива даже сквозь пот, слезы усталости и боль, закончилась, и меня ждет другая, та, которую я не выбирала.
— Варя, Варенька! — голос мамы слышу сразу, едва поезд тормозит и распахивает свои стеклянные двери.
— Вот, ну наконец-то, появилась! Мы уж думали, не доехала! — это на всю платформу объявляет папа.
— Да куда же я от вас денусь, — тихо вздыхаю про себя, подкатывая первый чемодан ближе к краю вагона.
Отец сразу перехватывает ручку чемодана, а затем стягивает все остальные мои сумки.
— Пап, да я бы сама, — тихо возмущаюсь, перешагивая с выступа вагона на платформу.
— Сама она! А отец на что? — тут же обнимает, притягивает к себе и, кажется, хочет задушить в своих объятиях. — Как же мы с мамой по тебе скучали!