Аверин подошел к столу и снял трубку:
– Поместье графа Аверина, – услышал он и произнес:
– Анонимус, позови Любаву, срочно. У меня для нее хорошие новости.
– У нее для вас тоже, ваше сиятельство, – отозвался див, и спустя минуту Аверин услышал в трубке голос племянницы:
– Гермес Аркадьевич, Сережа жив! – воскликнула она.
– О! И я к тебе с той же новостью. Как ты узнала? Он связался с тобой? – Аверин весь обратился во внимание.
– Нет, к сожалению, нет… но я… Дядя, хоть вы и сказали, я не поехала домой. Я дождалась конца рабочего дня и позвала к себе Иру. Ирину Сергеевну, нашу ясновидящую. Мы с ней уже подружились… Она провела обряд, полчаса как закончила. Я только вернулась домой.
– Любава… – осторожно проговорил Аверин, – но ты же должна знать, что до истечения девяти дней с момента предполагаемой смерти результат… совсем не точный.
– Я знаю, – голос Любавы по-прежнему был наполнен радостью, – но это если про человека спрашивать. А с дивами по-другому. Вот мы и посмотрели про дива. Про Савелия. Савелий жив. А если он жив – то и Сережа тоже! Не мог Савелий Сережу бросить!
Глава 6
1939 год
Квартира нового хозяина находилась на третьем этаже дома на углу Невского проспекта и Екатерининского канала. Причем в прямом смысле на углу – окна гостиной и кабинета выходили на Невский, а из спален можно было любоваться видом на канал. Но Владимира не особо интересовал вид из окна. Гораздо важнее было, где разместит его хозяин. На кухне? В прихожей? Или в кладовой? Сейчас многие колдуны переоборудовали кладовые в довольно просторные клетки. Владимир не раз видел такие. Вот это было бы везение. Отдельная комната, пусть без окон и воняющая серебром, но зато можно закрыть дверь и никого не видеть, а ночью спокойно спать и не ожидать, что тебя пнет отправившийся в уборную или покурить хозяин.
Этот колдун не стеснен в средствах: иметь или даже снимать квартиру в «доме Энгельгардта», как обычно его называли, мог себе позволить не каждый. А господин Меньшов лишь недавно получил звание старшего следователя Управления, к которому, собственно, и прилагался Владимир, чей предыдущий хозяин недавно вышел в отставку. Однако и жалования старшего следователя не хватит, чтобы содержать в престижном доме даже такую небольшую квартиру. Откуда она? Досталась в наследство? Об этом в личном деле колдуна не упоминалось, а Владимир внимательно изучил бумаги сразу же, как только узнал о новом назначении. Благо старый его хозяин был уже весь в мыслях о переезде к теплому морю и на своего черта особого внимания не обращал. А в архиве Владимира хорошо знали и запросто пускали к нужным полкам, не задавая вопросов. Из личного дела див узнал о том, что господин Меньшов год назад оставил военную службу в чине капитана и перешел в Управление. Бывшие военные всегда были очень востребованы на госслужбе. Сам Владимир видел этого колдуна несколько раз, в том числе и в зале для тренировок. Меньшов впечатлил его своим оружием – колдун призывал настоящий меч из пламени. Чтобы управляться с таким, нужна недюжинная сила и сноровка.
Значит, по крайней мере новый хозяин силен и должность получил за заслуги, а не по протекции. Да и послужной список его вызывал уважение.
– Ну, заходи, дружочек, не стесняйся, – пригласил колдун. – Там гостиная, как ты сам видишь. Налево – уборная, направо – кухня. Умеешь готовить?
– Да. – Владимир посмотрел туда, куда ему указали. Запах еды не чувствовался, выходит, в этом доме давно не готовили. Следующие слова хозяина подтвердили его догадку.
– Отличная новость, – колдун заулыбался и хлопнул его по плечу, – тут прямо на первом этаже неплохой ресторанчик, но сам понимаешь, куда приятнее, когда твоей еды касаются чистые руки дива, а не человеческого повара, который наверняка вытирает потные ладони о грязный фартук. Б-р-р… Я, видишь ли, чертовски брезглив. Вот же мне повезло! Не зря я на тебя сразу же заявку подал.
Хозяин открыл небольшую дверь:
– Здесь у меня кладовка, а в ней – клетка…
Владимир заглянул внутрь, и зрачки его сузились. Клетка занимала примерно треть небольшого темного чулана, и поместиться в ней Владимир мог, только скорчившись. Ночевать в такой будет очень неприятно.
– …Впрочем, – продолжил колдун, – надеюсь, нам она не понадобится.
«Значит, кухня», – сделал вывод Владимир. Если хозяин желает, чтобы черт ему готовил, то, скорее всего, не будет возражать против того, чтобы тот ночевал на кухне. В кухне намного теплее зимой, чем в прихожей. А если положить на пол коврик…
Они зашли на кухню – просторное помещение с большим окном. Рамы давно не открывали, но Владимир, оглядев петли, решил, что, если их смазать, окна легко откроются. Печь ему тоже понравилась: выглядела она прочной и трещин заметно не было.
– Надо вызвать трубочиста, – Владимир похлопал рукой по дымоходу, – этой печью давно не пользовались.
– А, да, – слегка рассеянно проговорил колдун, было заметно, что он о чем-то задумался, – но в ней почти нет нужды. Тут есть керогаз… где-то. Ты умеешь пользоваться керогазом?
– Да, – подтвердил Владимир. – Но в керогазе нет духовки. Не получится печь хлеб.
– Ты и хлеб печь умеешь? – Брови колдуна полезли на лоб. – Ну и повезло же мне. Ты просто золото, а не див. Ладно, пошли в гостиную.
Он развернулся и вышел из кухни, Владимир последовал за ним. На кухне колдун даже не заикнулся, что разрешает спать здесь. Неужели все-таки прикажет спать в коридоре? Многие хозяева устраивали чертей в прихожей. На окнах в домах колдунов установлены ловушки и защитные заклятия, но через дверь за день проходят несколько раз, и каждый вечер обновлять защиту многие считали слишком хлопотным делом, поэтому ночью черт служил охранником.
На двери квартиры нового хозяина никакой защиты не было. Да и на окнах Владимир тоже ничего не заметил. Господин Меньшов не имеет врагов? Или настолько уверен в себе?
– Квартира у меня маленькая, поэтому ем я прямо тут, – колдун постучал по большому круглому столу в гостиной, подошел к подоконнику и отдернул штору: – Здесь стоит цветок. Я не знаю, как он туда попал, но его надо поливать. Я всё время забываю.