— А какие? — допытывается Мила.
— Так… елки? — не уверенно отвечает отец.
— Именно! — хлопает в ладоши Даша. — Елки! То, что нам нужно!
— Бери папочка топор и иди в лес! Елочку нам срубишь! — широко улыбается Тася.
Паша вновь беспомощно смотрит на меня.
Я развожу руками: твои дети. Ты и решай этот вопрос.
— Но, девочки… я не могу рубить топором! — признается Паша.
— А чего там уметь? — спрашивает Даша. — Взял топор, и по елочке — Хрррррясь! И все!
— Девочки, ну правда, я даже не знаю, как топор в руках держать. Я вон финансы считать умею. Бизнесом руководить. Деньги зарабатывать. Решения принимать… а вот это вот все деревенское — не мое!
— А ты прими решение срубить елочку! — мудро подлавливает его Тася.
— Мы тебе поможем, папа, пошли!
— Стойте, я с вами! — возвращается в гостиную Анька. — Паша, я помогу тебе. И за девочками присмотрю. — быстро добавляет она.
— Там в лесу медведи. — заявляет Даша.
— И волки! — делает страшные глаза Мила.
— Вот и отлично! — делает умозаключение Тася. — Пойдем, тетя Аня, я тебе дедовы калоши выдам.
Глава 3
— Это что такое? — брезгливо, двумя пальцами поднимает обувь Анька.
— Это — калоши деда Василия! — заявляет Тася. — Как раз твой размер!
— Паша! — взвизгивает Анька. — Я не надену старые калоши какого-то древнего деда! Я сюда не за этим ехала!
— Чего это, какого-то деда⁈ — насупливается Даша. — Дед Василий — наш дедушка.
Анька кривится так, будто лимон съела,
— Аня, оставайся дома, я сама с Пашей в лес схожу. — предлагаю я.
— Ну нет! — тут же отрезает Анька. — За Пашей я сама присмотрю! Откуда я знаю, чем вы там в лесу по старой памяти займетесь!
— В лесу сейчас можно только жопу отморозить. — тихо бурчу себе под нос.
— Не одену я эти сраные калоши! — топает ногой Анька и облачается в свои ботфорты на огроменном каблуке.
— Ногу сломаешь, или шею свернешь! — недовольно глядит на благоверную Павел.
— Не сломаю! — упрямится Анька.
Мы с Пашей лишь пожимаем плечами.
— Ну, как хотите. — отвечаю я. — Я, тогда, пока вы ходите, кексы к чаю напеку.
— М-м-м… твои фирменные, лимонные? — воспрянывает духом Паша.