— Он убил Чена. Как это коррелирует с их религиозными темами, в стиле терпимости и ненасилия?
— Не знаю. Насколько мне известно, это и в Библии особо не коррелирует… «Не мир принёс я вам, но меч»… — Лора задумалась. — Клай, пожалуйста, сохраните для меня этого дельту. Я хотела бы с ним пообщаться…
— Это может быть рискованно.
— Он может быть ключом к чему-то большему.
— Это как?
— У Итиро появилась одна интересная идея…
— Связанная с дельтами? Но откуда он мог…
— Да не перебивай! Нет, не с дельтами… Он подумал насчёт нас, но сейчас я поняла, что эту идею можно несколько экстраполировать… Скажи, как у тебя дела с твоей копией?
Судя по всему, вопрос этот застал Вагнера врасплох — на несколько мгновений он подзавис, а затем, тяжело вздохнув, ответил:
— Боюсь, моя копия погибла. В этой Аномалии всё изначально пошло не так…
— Сочувствую… — судя по паузе, Лора тоже не ожидала подобного поворота.
— А какое отношение…
— Меня вот две. И дико болит голова… — словно вспомнив про больную голову, Лора закрыла глаза ладонями, несколько секунд тёрла лицо… Когда она убрала руки, показалось, что к её недосыпу добавился ещё как минимум день. — Знаешь, когда я сюда шла, я всё думала про парадоксы перехода во времени… абстрактные, конечно, никто же ведь раньше этого не делал… Так вот, в теории встреча со своим прошлым «я» может плохо кончиться…
— Если я правильно понял, то мы не прошлые, а просто копии.
— Да… копии. Это, конечно, отметает часть парадоксов, в стиле «а исчезну ли я, убив себя в прошлом?» Но парадоксы копирования остаются. Ведь фактически, я, Лора-2, и она, Лора-3 — это один и тот же человек… Знаешь, я очень боялась до себя дотрагиваться…
— Да уж могу представить!
— Не уверена… Но, как видишь, я не исчезла. Она, кстати, тоже. Видимо, существует какой-то особый идентификатор, который, несмотря на тождественность объектов, заставляет их сосуществовать в одном объёме одновременно… Но мы отвлеклись… Я поделилась своими опасениями с Итиро — он, кстати, был против того, чтобы я себя касалась — и пожаловалась на головную боль. Так вот, он говорит, что наш мозг — это очень сложная нейросеть, в которой происходит передача нервных импульсов электрохимическим путем…
— По-моему, в первую очередь, химическим, — поморщился Вагнер. — Я до сих пор помню, как нас в академии этим грузили… Нейротрансмиттеры, ты о них?
— Не совсем. Я только про электрическую составляющую. Ту, что дает эффект Кирлиана… Впрочем, опять отвлеклись… Так вот, та часть нашей нервной системы, что взаимодействует электрически, создаёт в пространстве некий электромагнитный отпечаток, очень сложный отпечаток, рассеянный вокруг нас… И мы можем как излучать этот нейроэлектромагнетизм, так и принимать его, просто обычно это всё для нас фактически «белый шум». Но вот — в пределах электромагнитной досягаемости появляется ещё одна такая нейросеть, выдающая крайне похожий сигнал. Рации основаны на подобном принципе — сигнал, транслируемый передатчиком на определённой частоте, способен уловить приёмник, настроенный на ту же частоту. А подумай сам — что может быть настроено ближе к нашей «частоте», чем мы сами?
— А парень-то шарит… — признал Вагнер. — Логика явно в наличии…
— Вот именно, — подтвердила Лора. — И наши же мысли, только другие, начинают шуметь в нашей голове… Как будто на одной частоте вещают сразу две станции… Только пересекается не одна лишь внутренняя речь, а вообще все процессы организма, создающие это поле. Хочу провести эксперимент — находясь очень близко к своей копии, ткнуть себя чем-то острым. Ощутит ли она боль?
— Лора, ты меня восхищаешь. Даже в нашей ситуации у тебя остаётся тяга к исследованиям…
— Даже!.. — фыркнула Лора. — Да именно сейчас их и надо проводить! Клай, пойми — мы оказались в условиях, в которых никто никогда не находился! Возможно, какая-то мелочь, на первый взгляд незначительная, станет ключом к феноменальным прорывам!
— Да, кстати, о ключах… Так что с нашими приёмниками?
— А, да… Итиро говорит, что, пересекаясь полями, мы оказываем друг на друга не только эффект «постановки помех», он допускает, что, адаптировавшись к шумам, нейросети могут в некотором роде обмениваться информацией…
— Он о телепатии? Копии смогут читать мысли друг друга?
— В том числе, — Лора вдруг хихикнула. — Подозреваю, это одна из причин, по которой Аки не хочет раньше времени встречаться с самим собой!
— Ну, это, по-моему, не самое страшное, — отмахнулся Вагнер.
— Пока речь не заходит о скорости обмена информацией — да. В конце концов, обменивайся я фразами с копией по слухатко, это будет просто чуть интереснее, чем общаться, например, с тобой. Ладно, не «чуть» — сильно интереснее! Но вопрос в том, что одновременно взаимодействовать может огромный процент нейронов, то есть в дело может вступить подсознание… В общем, есть риск, что нейросети копий станут как бы продолжением друг друга, в некотором роде, у моей сети появится ещё один слой…
— То есть ты станешь умнее, так получается?