— Ранена… в подвале… в холоде, чтобы раны быстрее затянулись, — неуверенно, со страхом в голосе проговорила подозванная к нам работница, после чего поспешила скрыться.
Я молча встал на ноги, направился следом за ней. Она убежала в служебные помещения, спряталась там. Ну а я заметил спуск в подвал. На всякий случай взял в правую руку свою глефу, приготовился к бою, занеся её за спину. Так колоть было проще. И начал спускаться вниз.
Спёртый воздух тут же ударил в нос. Спёртый… и прохладный. Тому, что там практически не проветривалось, я даже не удивлен. А вот примеси тухлятины и разложения меня очень сильно напрягли. И когда я оказался внизу… то сразу понял причину.
— Твою ж ма-а-ать, — протянул я, вложив в голос немного отчаяния и негодования.
Хозяйку таверны действительно ранили. Вот только та девка не сказала, насколько сильно. Не было одной ноги, её буквально откусили. Отсутствовало несколько пальцев. А ещё было очень и очень сильно обглодано лицо. В некоторых местах даже виднелась кость. То, что она ещё не умерла, являлось настоящим чудом. Так что я сразу влил в пространство несколько волн самоисцеления, восстанавливая даму.
Ногу и пальцы, конечно, я ей отрастить способен не был, но вот её личико полностью восстановилось. Да, теперь ей придётся использовать опору, да, она теперь не сможет жить полноценной жизнью… но, чёрт, у неё целое своё заведение. И судя по лицам, которые мелькали, в прислуге у неё находятся её же дочери. Или родственники, что скорее всего.
В себя она приходить не собиралась, но стала дышать ровнее, а боль с лица ушла. Поэтому я кивнул, считая свою работу выполненной, на всякий случай ещё несколько раз применил самоисцеление, чувствуя, как практически до дна опустело моё внутреннее море, после чего направился наверх, где перехватил одну из работниц.
— Помойте вашу хозяйку, снимите с неё одежду, пропитанную гноем после ядовитого укуса… и отнесите в кровать, — спокойно перечислил я, а на непонимающий и даже неверящий взгляд тяжело вздохнул и проговорил: — Жить она будет, практически полностью восстановлена. Иди.
Стоило работнице скрыться внизу, как послышался грохот. Я покачал головой, спустился следом и увидел ровно то, что ожидал. Девушка упала в обморок, увидев, что дама жива, относительно цела и здорова. Практически здорова. Пришлось приводить в чувство работницу, хорошенько похлестав её по щекам. А когда она пришла в себя, всё ей объяснить. Кто я такой, что я сделал и что будет дальше. Примерно раза с третьего она более-менее всё поняла. Особенно после того, как в моей руке засиял светом Гелиоса кухонный нож.
— А теперь, пожалуйста, сделай то, что я велел, — поднялся я на ноги, встряхивая их, так как сидеть на мысках было не совсем удобно, особенно такое длительное время.
Когда я вернулся за стол, некоторые бойцы снова пили вино. Я был даже не удивлен. Но радовало, что Ника, Мелл и Митрокл даже не притронулись к своим кружкам, так как нависали над картой полуострова, пытаясь понять, как так вышло, что нас чуть не застали врасплох.
— Раз они отступали на север, то, получается, лагерь у них там, — привёл уже обдуманный мною ранее довод Мелл. — А если учитывать, что только-только стемнело, и они ударили… то этот лагерь находится не на самом большом расстоянии. Восьмая часть марафона максимум.
— Пять километров, — пробубнил я едва слышно себе под нос, прикидывая расстояние. — Весьма… подходит. Со скоростью этих тварей им труда не составит так быстро преодолеть это расстояние. — А потом чуть громче добавил, когда подошёл к столу: — Или у них просто там передовой лагерь как раз вот для такого наскока.
— Тоже не стоит отбрасывать этот вариант, — кивнул Митрокл. — А вообще… разведчики живые остались. И достаточно много. Просто, когда они поняли, какая задница намечается, решили убраться подальше. И весьма верный поступок в их профессии.
— Поступили как трусы! — крикнул пятый, за что тут же получил подзатыльник от своего брата, который начал ему что-то на пальцах объяснять.
— Но в любом случае данные только начинают стекаться к нам… только завтра днём всё сможем более-менее понять, — вздохнул командир. — А раз теперь у нас тут всё достаточно хорошо защищено и повторного нападения не должно быть, — вопросительно глянул на меня он, на что я кивнул, — то можем спокойно отправиться отдыхать. Утро вечера мудрее. А вечер уж давно прошёл, Селена хоть и любит обсуждение планов при свете Луны… но мы не шпионы и не убийцы. Нужно отдыхать. Так что… отбой!
[3] Капелия — древнегреческое питейное заведение
Глава 10
Утро радужным не было. Ночной просчёт стоил жизни примерно пяти сотням бойцов нашего Легиона. Много? Достаточно? Критично? В какой-то степени. Со стратегической и даже тактической стороны, если смотреть, то радовал тот факт, что там было под три сотни новобранцев, так что потери были не особо чувствительны. Но всё равно были. И чисто с человеческой стороны… это было ужасно. Не сравнится с той битвой возле Спарты… но всё равно. Их можно было бы избежать, если бы мёртвый Легат всё организовал нормально, а не ради своего удовольствия.
Но вместе с этим разведчики, которым удалось спастись, начали приносить действительно ценные сведения. Плюс-минус мы смогли определить район действия противника, откуда он ударил, где обитает. Из-за пропаж некоторых других групп удалось определить и те места, которые враг пытается особо рьяно охранять. Опять же… ценой человеческих жертв.
Что было плохого? Так это то, что район действий противника был невероятно огромным. Практически весь лес в густой его части, а также часть гор западнее. Если будем наступать, то у нас просто ширины фронта не хватит, чтобы вычистить там всё. И придётся тратить время. Много времени. И не стоит забывать, что удар может быть нанесён на город южнее, морские твари могут спокойно напасть. И даже Посейдон их не остановит.
— Значит так, — склонился над бумагами командир, а я усмехнулся, когда услышал его это «так», — сейчас нам в любом случае необходимо сделать несколько пунктов. Первое — оповестить командование в Спарте. Даже если они уже убыли на северо-восток полуострова, чтобы остановить афинян, отец должен знать, что происходит на юге. Второе — организовать прочёсывание всех домов в городе: необходимо выявить, где может прятаться враг, если он смог проникнуть внутрь. Каждый дом… за сегодня воины должны управиться. Третье — постоянный контроль всех подступов в город. Всех снарядить как минимум горнами, разработать систему сигналов. Четвёртое — начать потихоньку охоту на тварей на ближних подступах, в редколесье. Этим займётся мой отряд, но, скорее всего, только ближе к вечеру.
— А почему к вечеру? — возмутился один из тысячников, вроде как командир второй тысячи, которая понесла самые тяжёлые потери этой ночью.
— Потому что твари активизируются к ночи, — спокойно ответил уже я. — Жар Гелиоса им точно не нравится, вчера проверил, — демонстративно взялся я за глефу за своей спиной, активировав Ауру, из-за чего клинки на миг засияли, но стоило мне убрать руку, как они тут же потухли. — Так что, когда Гелиос скроется за горизонтом, мы ударим. Селена, надеюсь, сегодня будет милостива, как вчера, и будет освещать нам лес в ночи с помощью Луны.
— Что касается первого пункта, — вздохнул царевич. — Письмо отправится сегодня днём. Так что писаря сюда, а также гонца с самым быстрым и выносливым скакуном, который только у вас есть, — командир первой тысячи, разведывательной в этом Легионе, кивнул. — Край к концу дня царь должен быть оповещён о сложившейся ситуации. Если даже они уже вышли из Спарты, то его нужно будет нагнать в дороге.
— Будет сделано, — кивнул ещё раз первый тысячник.
— По второму пункту, — поднял свой взор Митрокл. — С четвёртой по шестую тысячу… это ваша работа на сегодня. Занимайтесь. Вообще каждое помещение должно быть обследовано. В бой вступать только с сильным численным преимуществом. В тёмные помещения без освещения не проходить. Действовать осторожно. Помним, что люди — наш ценнейший ресурс. Чем у нас меньше людей, тем меньше шансов на то, что получится победить.
— Тыл будет безопасен, — ударил себя кулаком по груди командир четвёртой тысячи, говоря от имени остальных двух, так как был условно старше их по должности. — Разрешите собрать немного пепла, который вчера остался после противников, и раздать его каждому бойцу?
Командир задумался, прикрыл на миг глаза, видимо пытаясь понять, при чём тут пепел и каждый боец. А потом до него дошло, и он кивнул тысячнику. И ведь по сути он был прав. Пепел после Вечного Пламени мог защитить каждого бойца от пауков. Ведь Пламя-то Вечное, а не абы какое, а значит, даже в пепле остается его сила.
— Так… организовать сбор и раздачу пепла каждому бойцу, — улыбнулся командир. — Пускай у всех будут мешочки на поясе. И никакого мухлежа! Кто попытается на этом нажиться — будет казнен. Кто будет обманывать своих товарищей — будет казнён. А с учётом того, что наше государство воюет, мне даже суд Советников не понадобится, а решение только одного Советника.