– Отлично, – широко улыбнулся Кристиан. – Только не перерабатывай особо. И сходи куда-нибудь сегодня вечером. Просто дружеский совет. И еще раз с успешным прохождением испытательного срока!
– Спасибо, мистер Вольф.
Анна встала и вышла из кабинета. Она вернулась в родной опенспейс, села за свой стол и с удовольствием прочитала сообщение в корпоративной почте о предоставлении доступа к профилям всех пользователей «Мэнсиса». Увидев это простое письмо, девушка с удовольствием выдохнула, потому что получила долгожданный ключ от закрытой двери, что отделяла ее от мечты.
К Анне подошел ее коллега Джош, главный программист сервиса, и указал, что ей делать. Как просматривать профили, копировать, изучать их данные. После недолгого брифа она открывала случайные профили людей, читала их характеристики и пробовала делать первые состыковки. Сложно сказать, сколько времени уйдет на эту задачу, но по тону босса было понятно, что торопить ее никто не будет. К тому же у компании явно хватает денег, а основная часть пользователей довольна сервисом.
Рабочий день шел быстро и подходил уже к концу, и Анна заволновалась. Ей очень хотелось просмотреть профиль одного пользователя, но не хотелось, чтобы кто-то это заметил. Она ждала, когда ее коллеги потихоньку начнут уходить по домам. Когда в опенспейсе не осталось практически никого, кроме нее и Мэри, Анна достала маленькую прозрачную флешку, которую удаленно подключила к своему компьютеру, скопировала всего один файл, который весил несколько гигабайт, и через пару секунд убрала флешку.
Мэри прекрасно заметила действия Анны, но ничем не выразила этого, лишь слегка раздраженно выдохнула. А затем обе девушки покинули офис «Мэнсиса».
Снаружи было еще светло, люди шли к станциям метро или автомобилям, чтобы добраться до своих домов.
– Не хочешь выпить кофе? – предложила Мэри, когда они шли по улице.
– Нет, спасибо.
– Хочешь одна посмотреть? – Подруга Анны скрестила руки. – Я тебя понимаю.
Анна могла бы сказать: «Ну что ты? Давай вместе посмотрим, ведь я наконец-то получила то, зачем устроилась в „Мэнсис“. И это благодаря твоей помощи», – но она промолчала. Девушка действительно хотела посмотреть скопированный профиль одна.
Анна стала перебирать в голове, как бы объясниться подруге, чтобы не обидеть ее, но Мэри просто обняла Анну на прощанье и направилась на станцию «Клинтон», чтобы добраться до своего дома. Анна пошагала в ближайший «Старбакс», села на самое отдаленное от окон место, чтобы спрятаться от большинства посетителей, достала ноутбук и сразу стала переносить с флешки скопированный в офисе файл. Пока процесс работал, Анна заказала себе черный чай с медом и нотками цитруса. Когда она вернулась к столу с чаем в руках, файл уже скопировался. Анна потерла ладони и пару раз тапнула по профилю. Это был профиль ее бывшего парня Марка.
– Здравствуй, дорогой. – Она провела кончиком пальца по фотографии Марка на экране ноутбука. – Наконец-то я тебя узнаю. И, может быть, сегодня мы снова будем вместе.
7
Компьютер и мозг – почти одно и то же, считала Анна. Если регулярно следить за поведением человека, то можно понять, что он будет делать дальше: в какое пойдет кафе, во сколько ляжет спать, какую марку йогурта возьмет в следующий раз в «Волмарте», – именно эти данные считывают корпорации, и «Мэнсис» в том числе. Алгоритм сервиса по подбору пары считывает моргания пользователя, сколько секунд он смотрит фотографию кошечки или милого пса, как сужаются и расширяются зрачки во время просмотра порно или иного контента. «Мэнсис» постоянно учится и формирует предполагаемое поведение пользователя и выстраивает вероятности лучших отношений с другими пользователями приложения.
Анна была уверена, что совершила страшную ошибку, но не могла понять ее. Все, что она хотела, – понять внутренний мир Марка, подробно изучив его профиль. А затем нужно лишь найти критическую ошибку «мозга» «пользователя» Анны Эйрд, словно проводя диагностику кода на консоли разработки.
Девушка дрожала, пила чай и анализировала паттерны поведения бывшего. Она легко считывала информацию на экране и одновременно озиралась по сторонам, опасаясь, что кто-то заметит, как она просматривает конфиденциальную информацию в публичном месте. Возможно, ей следовало бы заниматься подобным у себя дома или в более приватном пространстве, но Анна не могла сдержаться: она три месяца проходила испытательный срок и каждый день ждала его успешного окончания. В кафе заиграла успокаивающая джазовая музыка из шестидесятых, словно бы специально, чтобы успокоить Анну, но это не помогало. Она точно знала, что почувствует умиротворение лишь в момент осознания своей ошибки и понимания, как ее исправить.
«Любовь к баскетболу, болеет за „Чикаго Буллз“, – шептала Анна, читая профиль Марка, – работает юристом по вопросам интеллектуальной собственности контента, сгенерированного искусственным интеллектом, предпочитает говядину… я и так это знаю».
Анна провела снизу вверх двумя пальцами по экрану ноутбука, продолжая выискивать глазами факт или зацепку, которая поможет ей. Кажется, ей удалось найти нечто действительно важное, она даже прищурилась, но внезапный вопрос ее отвлек:
– Анна? – Девушка услышала знакомый мужской голос.
Она вздрогнула, задев картонный стакан, из-за чего чай разлился по столу. Мужчина стал салфетками промокать чайное пятно, одновременно извиняясь перед Анной. Но она была настолько напугана, что лишь спустя пару секунд до нее дошло, что перед ней стоит начальник.
– Извини еще раз. Я пугаю тебя то закрытием компании, то внезапным появлением, хотя Хэллоуин только через две недели. – Кристиан в очередной раз неудачно отшучивался. – Просто хотел выпить кофе и пожелать хорошего вечера.
Анна дернулась тут же закрыть консоль с профилем Марка, но ладони замерли на клавиатуре ноутбука, – она опасалась, что явные действия могут вызвать подозрения.
– Ничего страшного. – Анна улыбнулась как можно шире, старательно скрывая приступ паники. – Любите здешние пончики?
– Ой, у меня их дочка обожает, – сказал босс с ласковой улыбкой. – Мы с женой ее угощали «органическими» пончиками с добавками и витаминами, но Шерри не проведешь: любит самые обычные, то есть вредные, потому что они вкуснее, хотя, как по мне, они ничем не отличаются.
– Наверное, у детей рецепторы развиты сильнее, чем у взрослых, – предположила Анна. – Я где-то читала, что производители обычных сладостей специально добавляют усилители вкуса, чтобы они ощущались острее, чем «органические» вкусняшки.
– Корпорации, конкуренция… – с грустью вздохнул Кристиан. – А ты чем занимаешься? Неужто решила еще поработать?
– Я… – Девушка замялась от испуга и страха увольнения. – Просто хотела потренироваться на случайно сгенерированном профиле, ничего более.
– Отдохни, Анна, прошу. – Босс был на удивление спокоен. – Не перерабатывай, а то так и до выгорания недалеко. Конечно, в таком случае можно принимать стимуляторы для продуктивности, но мы прекрасно знаем, что потом с них очень сложно слезть.
– Да, вы правы. Задача уж больно интересная оказалась.