— Кстати, о рыцарях, — появилась я меня внезапная идея. — А что, если нам внести некоторые корректировки в термины. Как ни крути, а рыцари у всех людей с недавних пор ассоциируются с чем-то плохим. Нергал своими действиям, так сказать, очернил этот титул. Рыцарь — это теперь как бы воин зла. А мы всё-таки на стороне добра. Поэтому я предлагаю переименовать всех твоих рыцарей, скажем, в паладинов.
— Насчёт добра и зла не совсем верно, — хмыкнула Тейя. — Я и Нергал лишь боремся за жизнь теми средствами, какими обладаем. А в остальном же — пусть будет так, мой паладин.
На этом лицо Тейи исчезло, а вертолёт тем временем коснулся земли.
Пришло время глянуть на диверсанта.
Глава 16
Диверсант
18 июня 2024 года.
Войсковая часть «Сибирская-1». Особый отдел.
Стандартное время — 23:34.
Аномальное время — 21:25.
Будто недовольное нашей победой, небо без устали громыхало и вспыхивало разрядами молний. Дождь кратно усилился. Пятидесяти метров, которые я пробежал от вертолётной площадки до особого отдела, оказалось достаточно, чтобы вымокнуть до нитки.
Никогда ещё в зоне так не с неба не сливало.
— Ну что, как сам? — преградил мне дорогу «Порох», как только я зашёл за порог тёплого помещения.
Кроме него в холле не было никого. Даже дежурный с дневальным куда-то запропастились. Было довольно тихо. Казалось, что кроме нас с Пороховым, в здании больше нет никого. Хотя командирским даром я ощущал присутствие ещё пары десятков человек, включая неизвестного мне экзота. Последний, видимо, и был тем самым диверсантом.
— Выглядишь бодрым, — Порохов сверлил меня пронизывающим взглядом. Я чувствовал, как он сканирует мой разум своим даром. Похоже, он оценивал моё эмоциональное состояние.
Я же скрывать от него ничего не стал. Ведь весь вал чувств, что тревожил меня после битвы, уже улетучился. И потому майор ничего существенного в моей голове найти не сможет.
— Холодный душ творит чудеса, — стягивая с себя промокшую ветровку, отшутился я. А затем сразу же перешёл к цели своего визита в особой отдел. — Где диверсант? Расскажешь, как вы его словили? Судя по твоему лицу, это было нелегко.
Под глазами Прохора зияли внушительных размеров синяки. Нос опух, возможно даже был сломан. Под порванной футболкой так же виднелись следы боя. Было очевидно, что все эти раны он получил в процессе захвата диверсанта.
— Как сказать, — хмыкнул «Порох». — Вроде бы как и да — сложно. Попотели так, что теперь вся жопа в мыле. Но я бы не сказал, что это было достаточно трудно, — продолжая «ощупывать» мой разум, ответил «Порох».
— Как это понять? — я выжал футболку и натянул её обратно на себя. Холодная мокрая ткань буквально заставила меня вздрогнуть. Затем глянул на свои штаны — им досталось не так, как верхней одежде, но всё равно были мокрыми. Впрочем, с этим я уже ничего поделать не мог.
— Видишь ли, — взялся объяснить маор. — У диверсанта 601-ый уровень.
— Како-ой? — громким голосом протянул я от удивления.
— Во-во, — усмехнулся офицер. — У меня такая же реакция была. Думал, писец нам. Размотает сейчас всех и не спросит, как зовут. И по-началу так всё и шло, — он показал пальцем на свои синяки под глазами. — Но затем с помощью особиста, умеющего перекрывать кислород, «Глухого», способного в телекинез и небезызвестной всем матери нам удалось диверсанта сначала обездвижить, а после ошейник и наручники с блокиратором способностей нацепить.
Пока Порохов рассказывал, я открыл в визоре таблицу уровней, чтобы глянуть сколько надо основы для 601-го уровня — 363 004 грамма основы. Выходит, диверсант был на треть сильнее меня.
Конечно, чтобы проводить такие сравнения, нужно учитывать много и других факторов (например, способности), но всё же. Этот враг мог запросто иметь такой высокий уровень сопротивления и выносливости, что его ничем взять не получится. А «Порох» с оставшимися на базе бойцами каким-то образом справились. Хотя ни у кого из них даже 400-го уровня нет. Кроме «Глухого», у него 411-ый.
— Ну что сказать? Вы прям звери, — уважительно покачал я головой. — Но всё равно как-то странно.
— Так я тебе об этом и говорю, — Порохов ткнул пальцем мне в грудь. — Странный этот диверсант. Мутный, мать его, — он отошёл от меня, уселся на диван и раскинул руки в стороны на его спинке. — Как я уже сказал, вроде тяжело было его взять, но не настолько,. чтобы мы не справились.
— Считаешь, он поддался? — задумался я.
— Допускаю, — слегка качнул Порохов головой.
В этот момент на небе громыхнуло так громко, что зазвенели стекла и задрожали стены особого отдела.
— Надо сказать Борису, чтоб он передал своим грозовым друзьям, чтобы те прекратили буянить, — усмехнулся «Порох», с опаской глянув на стены. — А то такими темпами дом скоро сложится.