Всемирный следопыт, 1930 № 08: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Душевое потребление бумаги — вернейший показатель культурного уровня страны. Царская Россия расходовала всего 3 кг на душу населения в год. Цифра эта потрясает своей ничтожностью, если припомнить, что в Америке душевое потребление превышало в то же время 60 кг.

Слабое развитие бумажной промышленности находило некоторое оправдание в дороговизне механической энергии. Выход из этого положения найден. Создаются особые промышленные комбинаты, в состав которых входят, во-первых, лесоразработки с лесопильными заводами, во-вторых — бумажнокартонные фабрики, использующие древесное сырье (целлюлозу и бумажную массу) и в-третьих — электростанции, снабжающие заводы и фабрики комбината дешевой энергией, главным образом водной. Такое комбинирование предприятий сильно удешевит стоимость бумаги.

Остановимся для примера на одном из таких комбинатов, недавно выстроенном в богатой лесами Карельской автономной республике. Это — Кондопожский комбинат. Его основой является гидро-электростанция, расположенная в шестидесяти километрах от столицы Карельской республики — Петрозаводска. Станция эта использует разность уровней двух озер — Ниго и Онежского, равную двадцати девяти метрам и обеспечивающую мощное устремление воды по двухкилометровому каналу к турбинам. На энергии Кондопожской станции будут работать лесопильные заводы комбината и все его предприятия, перерабатывающие получаемые тут же лесопродукты в сырье и полуфабрикаты для бумажной промышленности. Кроме того, электростанция будет снабжать дешевой энергией Петрозаводск и прилегающие к нему районы.

Б. Климов-Верховский

 Что нам дает дерево.

СССР — страна леса. Кто сможет поспорить с нами по богатству лесной площади? Лес — наше подлинное богатство, могущее стать источником нашего процветания. Лес при правильном лесном хозяйстве не иссякает. Он будет снова расти и таким образом станет чудесным неразменным рублем. Для этого его надо знать, уметь им пользоваться и извлекать из него все, что он может и должен дать. Пока этого еще нет.

Работая «по-старинке», мы извлекаем из одного гектара леса в триста раз меньше дохода, чем промышленные страны Запада. Наше правительство отлично поняло всю актуальность этой проблемы для страны строящегося социализма и со всей решительностью поставило вопрос ребром. Создан специальный научно-исследовательский Институт древесины, и к концу пятилетки предусматривается увеличение продукции лесохимической промышленности на восемьсот процентов.

Колоссальная и великая задача, могущая зажечь огнем энтузиазма самого закоренелого скептика!

Пусть же коротко расскажет нам дерево, как оно может участвовать в деле строительства социализма и увеличении нашего материального благополучия.

Со времен седой старины дерево служило почти исключительно как строительные материал; вплоть до 1812 года почти вся Москва была деревянная, что приводило к бесчисленным пожарам Каменные постройки в Москве как известно, начали возводиться лишь во второй половине XVII века. Как строительный, топливный и поделочный материал дерево обычно и фигурирует в представлении человека. Но дерево ценно не только этим. Оно является драгоценным сырьем для целого ряда областей промышленности.

Давно было замечено, что на деревьях часто скапливается сера, — эти грязно-желтые потеки на соснах и елях в хвойном лесу видели многие.

При организации так называемого «подсочного дела», делая правильные насечки коры по строго научным методам, из дерева добывают драгоценную живицу, далее перерабатываемую на скипидар и канифоль.

С тысячи подсочных кряжей получают до тысячи кило живицы ежегодно, и французы достигли в этом деле такого искусства, что одно и то же дерево у них «работает» как своеобразный химический завод свыше ста пятидесяти лет (Анды). Так же, как в молочном хозяйстве имеет большое значение порода скота, так и в подсочном многое зависит от качества и вида дерева, и здесь необходимы уход и забота за подсочными деревьями. Усиленно вырабатывая живицу, дерево обогащается смолой и, будучи срублено, дает драгоценный материал для так называемой сухой перегонки, когда срубленное дерево в нагреваемых без доступа воздуха котлах отдает ценные продукты: спирт, уксусную кислоту и ацетон, собираемые в особых приемниках.

При этом же процессе перегонки получается скипидар в количестве до двухсот кило с одной кубической сажени хвойных дров (А. Деревягин).

Перегонкой березы и осины получают обычно деготь, из которого научились, кроме его прямого использования для консервирования, получать уксусную кислоту, спирт, ацетон, гваякол и пр.

Из древесных смол вырабатывают бензол, парафин, креозот, ксилол и т. д. В остатке перегонки получается уголь, обладающий сам по себе, в зависимости от приемов работы и сорта дерева, целым рядом драгоценных свойств.

Уголь, приготовленный по японскому методу, не дает угара и тлеет очень долго и ровно, что дает возможность готовить из него грелки Уголь некоторых пород дерева прекрасно поглощает газы, давая так называемый активированный уголь — здесь дерево выступает в качестве активного участника нашей обороны в случае газовой войны.

В Америке использовали замечательное свойство активированного угля поглощать вредные газы для… кормления домашней птицы. Конечно, уголь здесь не сам является пищей, но. поглощая образующиеся в кишечнике птицы вредные газы, возбуждает ее аппетит настолько, что птица с'едает и перерабатывает в мясо гораздо больше корма. Все перечисленные продукты сухой перегонки являются могучим стимулом для развития химической промышленности и сами являются сырьем по отношению ко многим фабрикатам. Формалин, искусственная камфара, ценные медицинские препараты для борьбы с разнообразными болезнями, в том числе с туберкулезом (гваякол), легко могут быть брошены на рынок при включении в русло химической промышленности дерева как исходного сырья.

Негодные отбросы «лесопиления» — опилки — специальными методами переводятся в сахар (здесь происходит такое же превращение в сахар, как и при превращении в сахар крахмала картофеля, что все знают по личному опыту).

Это раскрывает сразу широкие горизонты получения ценного и легко усваиваемого питательного продукта (в первую очередь кормового сахара для скота) и дальнейшего получения из древесины винного спирта.

Путем специальной варки и пропарки в котлах, дерево дает так называемую целлюлозу, которая служит прекрасным материалом для выработки бумаги (бумага из тряпья теперь почти не вырабатывается, — тряпье вытеснила теперь более доступная и дешевая древесная масса).

Обрабатывая клетчатку азотной кислотой, сообщают ей взрывчатые свойства, организуя таким образом производство бездымного пороха. Дальнейшая переработка нитро-клетчатки ведет нас через прилавок аптекарского магазина, где мы купим коллодий для заливания раны, на текстильную фабрику, где специальные машины приготовляют из коллодия искусственный шелк прекрасного качества.

Дерево, пропитанное особым составом, становится неузнаваемым, — трудно сказать кусок ли это дерева или… хорошо продубленная кожа. Дерево-металл, дерево-пробка, дерево огнеупорное, дерево, абсолютно не пропускающее звука («сверхизоляторы» Меллингтона), устойчивое по отношению к трению, действию влаги, воздуха, кислот — все это результат определенных, научно изученных и изучаемых методов пропитки дерева.

Спрессованные отбросы деревообделочных заводов превращаются в прекрасный строительный материал, не уступающий по качеству полноценному пило-материалу (метод Мезона). Экстракция специальных жидкостей, находящихся в дереве, дает необходимые дубильные материалы для кожевенной промышленности. Нет возможности указать в краткой статье сколько-нибудь полно те огромные волнующие перспективы, которые кроются в лесах — молчаливых и скромных союзниках нашей пятилетки, которые готовы себя отдать всецело на создание строящейся новой жизни.